IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

4 страниц V  « < 2 3 4  
Ответить в данную темуНачать новую тему
> Ex Libris
mcquadrat
сообщение 27.2.2018, 0:54
Сообщение #61


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




РАЗЛИЧНЫЕ ЗРИТЕЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ В СОСТОЯНИЯХ БОДРСТВОВАНИЯ И СНА
Поль Толи.
Опубликовано в сборнике "Der entfesselte Blick" ("Освобожденное зрение") под ред. А. Лишки, Берн, 1993.

ВВЕДЕНИЕ

Я с радостью согласился написать реферат на тему "освобожденное зрение", для чего у меня был целый ряд причин. Оба мои учителя психологии - Эдвин Рауш, который также является моим учителем в области спортивных наук, и Курт Коль, в своей исследовательской и преподавательской работе, а также в своих основополагающих работах, уделяли большое внимание движениям глаз и связанным с ними вопросам. Причина этого в том, что оба эти исследователя, принадлежат к берлинской школе гештальт-психологии, или гештальт-теории, основанной Вертгеймером, Келером и Коффкой, которая с самого начала проявляла интерес к зрительному восприятию и особенно различным видам движения глаз. К тому же, фундаментальная работе Макса Вертгеймера "Экспериментальные исследования зрительных движений", опубликованная в 1912 г., стала стимулом к созданию гештальт-теории. С тех пор появились многочисленные работы, основывающиеся на гештальт-теории, в которых изучается роль зрения в вопросах психологии восприятия, поведения, личности, общества, искусства и спорта.

Мои собственные исследования зрительного восприятия в состоянии сна, содержание которых я изложу в этом реферате, также основываются на принципах гештальт-теории. В части I моего реферата я, рассказывая о постановки вопроса, методики, и интерпретации результатов этих исследований, излагаю основные понятия, гносеологические и психофизиологические основы оптического восприятия с точки зрения гештальт-теории, касаясь при этом и особенностей зрения в бодрствовании. Конечно, в части I излагаются в основном те основания, которые важны для понимания вопросов оптического восприятия в состоянии сна. Эта проблематика изложена во II части реферата. Часть III посвящена особой разновидности сновидений, а именно осознанным сновидениям. Они характеризуются тем, что в них у человека присутствует полное понимание того, что он находится в состоянии сна и, кроме того, у него полностью функционируют мышление, воображение и воля. Осознанные сновидения имеют особенно важное значение, потому что в них возможны точные и систематические наблюдения за происходящими во сне явлениями, в частности за зрительными феноменами. Исследование осознанных сновидений произвело переворот не только в изучении собственно сновидений, но и во всей науке о сознании, хотя оно все еще является относительно молодой областью исследования, которая пока остается малоизвестной в широких научных кругах. Поэтому в части III уместно кратко описать основные методы вхождения в осознанное сновидение. Мы увидим, что движения глаз имеют тут особенное значение. Наконец, в части IV посвящена собственно зрительному восприятию в осознанных сновидениях. Относящиеся сюда результаты частично идут в разрез с привычными представлениями, которое основываются на опыте, получаемом в бодрствовании, так что можно с полным основанием говорить об "освобожденном зрении".

ЧАСТЬ I. ОСНОВЫ ЗРИТЕЛЬНОГО ВОСПРИЯТИЯ В СОСТОЯНИИ БОДРСТВОВАНИЯ.

1. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ: ПРОБЛЕМА ВНЕШНЕГО ПОЛОЖЕНИЯ ВИДИМЫХ ОБЪЕКТОВ.


В гносеологическом плане гештальт-теория, к основаниям которой мы, как было сказано, обратимся, стоит на позиции критического реализма. В отличие от наивного реализма, который утверждает, что объективный, или физический, мир доступен для непосредственного восприятия, критический реализм постулирует, что общий непосредственно доступный для восприятия мир - это субъективный мир феноменологических проявлений, который нужно строго отличать от физического мира. В отличие от всех идеалистических гносеологических позиций, которые отрицают познаваемость или даже существование объективного физического мира, критический реализм считает, что физический мир, по крайней мере, его структурное устройство, частично познаваем при помощи процессов восприятия.

Для лучшего понимания этой сложной гносеологической позиции я опишу, как я сам от наивно-реалистической позиции, которая не только объясняет явления повседневного опыта, но и разделяется многими учеными, пришел к критико-реалистическому мировоззрению. Мои психологические исследования начались с того, что мы, студенты, изучали процессы, которые приводят к зрительному восприятию предметов. Первым в цепочке этих процессов является попадание света, излучаемого физическим объектом, на сетчатку глаза, что приводит к раздражению зрительных клеток. Эти раздражения затем вызывают дальнейшие нейрофизиологические процессы, и в конечном итоге в определенной части головного мозга возбуждаются такие процессы, которые приводят к непосредственному зрительному восприятию предмета. Все это известно уже на протяжении многих веков, но возникает одна проблема, которую лучше всего сформулировать в виде вопроса, на который нам, студентам, нужно было ответить самим: "Почему мы видим предмет находящимся за пределами нашего тела, хотя из физиологии хорошо известно, что восприятие предмета - это процесс, происходящий в головном мозге, так что он протекает у нас в голове?"

Я так сильно заинтересовался этой проблемой, что интенсивно над ней думал, хотя и пошел сначала по ложному пути. Но однажды, когда я шел по улице и не думал ни о чем особенно, а просто смотрел на осенний пейзаж, мне в голову совершенно неожиданно пришло решение, или, лучше сказать, разрешение поставленной задачи. Когда я смотрел на мощный дуб, то вдруг подумал, что это большое дерево, которое я вижу, вообще то может находиться у меня в голове. Эта мысль пришла мгновенно, как бы с неба, если угодно, с безоблачного ясного неба. Все, что я вижу - это огромное представление в голове, там находится не только дерево, но и голубое небо, и, что особенно важно, образ моей собственной головы тоже. Мне внезапно стало совершенно ясно, что весь объективный и интерсубъективно проявляющийся мир просто отражается в субъективном мире, который находится в моей физической голове. Если проводить различие между объективными (физическими) и субъективными (феноменологическими, переживаемыми) явлениями, то кажущееся противоречие в поставленном вопросе разрешается. При этом между физиологическим утверждением, что физические предметы представляются в физической голове посредством мыслительных и других нейрофизиологических процессов, и наблюдением из непосредственного опыта о том, что воспринимаемые предметы находятся вне воспринимаемой головы, никакого противоречия не возникает. Ошибка, на которой основывается это видимое противоречие, заключается в том, что я недостаточно четко понимал, что и физическая голова, также как и все физическое тело, тоже может восприниматься лишь при помощи мысллительных и прочих нейрофизиологических процессов. Конечно, при восприятии тела задействуются несколько другие ощущения, чем те, которые требуются для восприятия других предметов (прежде всего зрение) - например, ощущения вкуса, температуры или страха.

В бодрствовании физический организм субъекта и его физическое окружение производят раздражения внешних и внутренних органов чувств, которые по нейронным каналам передаются в гипотетическую (физическое расположение которой не установлено) область головного мозга, которую мы будем называть психофизическим уровнем (Psychophysisches Niveau), поскольку протекающие там физические процессы одновременно являются психическими, или "сознательными" ("bewußtseinsfähig").

Подробно останавливаться на вопросе о связи между физическими и феноменологическими явлениями, которые происходят на психофизическом уровне, в настоящем реферате не представляется возможным. Я подробно обсуждал этот вопрос во многих из своих предыдущих публикаций в рамках проблематики души и тела. Здесь же я только хочу заметить по этому поводу, что тесную связь между физическими и феноменологическими явлениями на психофизическом уровне ни в коем случае не следует понимать превратно в материалистическом смысле.

Итак, воспринимаемый мир, который, обычно делится на в воспринимаемое или феноменологическое тело и воспринимаемое окружение, которые можно рассматривать, как (более или менее верное) отражение физического организма и его физического окружения. Трудность понимания того, что воспринимаемые объекты носят характер отражения, состоит в том, что этот характер отражения в повседневной жизни не проявляет себя (и его даже невозможно обнаружить), так что как в повседневной жизни, так и в научных исследованиях явлений восприятия, воспринимаемое тело и воспринимаемое окружение (с находящимися в нем объектами и субъектами) часто некритически смешиваются или путаются с физическим организмом и физическим окружением.

Когда мы говорим, что воспринимаемый мир представляет собой отражение физического мира, то понятие отражения следует понимать в очень широком смысле, понимая, что воспринимаемый мир значительно отличается от физического. Это совсем не удивительно, если подумать, как много информации теряется на долгой дороге ее передачи от физического объекта в мозг, и как много "примесей" привносится к ней в мозге, например в ходе процессов обработки и упорядочивания информации.

В целом к воспринимаемому (феноменологическому, переживаемому) миру принадлежат не только воспринимаемые явления объективного характера, на которых мы обычно обращаем внимание, но также и такие явления, которые, благодаря своему психическому характеру, проявляется непосредственно в переживании. Сюда относятся такие процессы, как представления, мысли, чувства, проявления воли, а также разнообразные телесные ощущения (например, ощущение страха). Все эти явления не являются объективными, но носят субъективный характер, являясь самовоспроизводящимися в мозге процессами. С точки зрения критического реализма возможно разрешить не только упомянутые мнимые противоречия относительно внешних объектов, но также объяснить и необозримое количество других, которые основаны на отличии феноменологического мира от физического. Ниже мы подробно остановимся на тех отличиях между феноменологическими и физическими явлениями, которые проявляются при зрительном восприятии, а также относятся к тематике данного реферата.

2. РАЗЛИЧИЯ МЕЖДУ ФИЗИЧЕСКИМ И ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКИМ ПРОЦЕССАМИ ЗРЕНИЯ.


Расхождения между физическим и феноменологическим процессами зрения проявляются прежде всего в том, что в физическом процессе зрения лучи света, исходящие из физического окружения, попадают внутрь глаза, тогда как в процессе феноменологическом наоборот, "лучи зрения" выходят из глаз наружу, в воспринимаемое окружение. Кроме того, мы феноменологически смотрим не двумя глазами, но взгляд исходит из одного воображаемого глаза, находящегося в передней части головы или лица. Известный физиолог Геринг, по аналогии с древнегреческим мифом о циклопе, гиганте, у которого имелся только один большой круглый глаз, назвал "глазом циклопа" тот воображаемый глаз, которым мы (феноменологически) смотрим на наше окружение. За этим глазом циклопа, точнее, позади воспринимаемой переносицы, человеком обычно ощущается "точка эго", "ядро эго", или просто "я", как мы его называем, когда нет опасения спутать это понятие с каким либо другим понятием "я". В то время, как феноменологическое тело имеет некоторую протяженность, то эго, о котором идет речь, является, скорее, просто точкой в феноменологическом мире. Его можно рассматривать, как точку, из которой исходят феноменологические лучи зрения, которые определяют перспективу нашей картины видимого мира. Эго также ответственно за порождение различных волевых процессов, которые вызывают перемещение направления взгляда и внимания, которые обычно связаны между собой.

Положение эго или "местонахождение души" играет значительную роль в различных философских, а также оккультных учениях. Но все эти учения наивно полагают, что эго или душа находится не в феноменологическом, а в физическом теле. Так, например, последователи различных древнеиндийских учений, а также Декарт или оккультисты различного рода считали, что эго (или "душа") находится в шишковидном теле, которое находится за фмзической переносицей. Современные последователи индуизма отмечают переносицу нанесением особого круглого пятна, ошибочно считая ее местом расположения "третьего глаза". По мнению многих оккультистов, через этот "третий глаз" душа может выходить из шишковидного тела и затем из тела вообще. В связи с этим они говорят об "астральной проекции". С точки зрения критического реализма, "третий глаз" можно отождествить с центральной областью "глаза циклопа", однако эта область, конечно, располагается не на физической, а на феноменологической переносице. Кроме того, эго не может выйти из физического тела, но может выходить только из тела феноменологического. Возможность выхода из феноменологического тела может быть доказана не только гносеологически, но и экспериментально (см. в связи с этим раздел IV.6).

В оправдание оккультистов можно сказать, что в большом количестве научных теорий, в которых идет речь о связи между физическими и психическими явлениями, проявляется такая же наивность, и они равным образом не проводят ясного различия между различными видами явлений. Так, например, в различных физиологических и психологических учениях о восприятии, в глубинной психологии и в исследованиях сознания также используется понятие проекции, которое, как и оккультное понятие астральной проекции, в сущности основано на путанице феноменологического тела с физическим. Например, некоторые теоретики, изучающие вопросы восприятия, утверждают, на основании обсуждавшегося выше примера о видимых объектах, что зрительные образы посредством мыслительных процессов заключений и отрицаний проецируются во внешний физический мир. Один известный психолог заявил однажды, что в силу действия "защитных механизмов" определенные "части личности" проецируются во внешний физический мир (в том числе, на существующих в нем людей). Определенная часть современных исследователей сознания даже разделяет мнение оккультистов о том, что "душа", "сознание" или что то еще в измененных состояниях сознания (например, в околосмертном опыте) может выходить или проецироваться из физического тела. Не могу сказать, в каком отношении эти "научные" учения о проекции предпочтительнее соответствующих оккультных учений. Теории некоторых психологов отчасти даже еще более туманны, чем учения оккультистов, которые по крайней мере могут ясно описывать свой собственный опыт.

До сих пор мы говорили только о зрении одного человека, не затрагивая при этом зрительное восприятие других людей или вопросы визуального взаимодействия нескольких человек. За недостатком места, мы можем лишь кратко остановиться на зрительном восприятии нескольких человек. Всякий человек, определенно, осознает ваше присутствие, когда вы находитесь на луче его зрения. Зрение имеет настолько фундаментальное значение в любой форме межчеловеческого общения, которое едва ли можно переоценить, что известно не только из повседневного опыта, но также и подтверждается в многочисленных исследованиях по спортивной и общественной психологии.

3. ВЗАИМОСВЯЗЬ МЕЖДУ ФИЗИЧЕСКИМ И ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКИМ ПРОЦЕССАМИ ЗРЕНИЯ.

В разделе 1 было схематически изложено представление о процессах, которые вызывают оптическое восприятие, и о том, как оптическое восприятие является конечным продуктом ряда других физических и физиологических процессов. Обратно, явления восприятия, посредством возбуждения эфферентных нервных волокон и иннервации мускулатуры, могут влиять на органы регуляции движения физического организма, что в свою очередь, влияет на его физическое окружение. Результаты этого влияния снова, посредством сенсорных процессов, "отражаются" на психофизическом уровне, вследствие чего воспринимаемый и физический мир замыкаются в единую (сложную) сенсомоторную цепь управления или обратной связи.

Какая биологическая функция отвечает за "раздвоение" мира на физический и воспринимаемый, а также эту их систему обратной связи? Какой нибудь кибернетик сравнит сенсомоторную систему человеческого организма с сервомеханизмом, обеспечивающим работу большого транспортного средства, который обладает функциями энергосбережения, помехоустойчивости, и допускает тонкую настройку управления. Вообразим себе кабину управления большого самолета, в которой у пилота нет никаких прямых каналов связи с внешним миром. Несмотря на это, в кабине имеются датчики измерительных приборов, экран радара, и радиосвязь с другими пилотами этого самолета. Как пилот в кабине, получая от приборов информацию о самолете и его окружении, вполне может управлять полетом самолета, так и эго человека, получая информацию из воспринимаемого мира, управляет моторными процессами, которые постоянно доставляют сигналы обратной связи, и обеспечивает помехоустойчивость, энергосбережение и тонкую настройку физического организма. Такое управление осуществляется иногда бессознательно, подобно тому, как полет самолета может управляться автопилотом.

Ниже, когда мы будем рассматривать зрительное восприятие во сне, будет важно различать движения глаз и остальных частей тела. В связи с нашей тематикой нас интересуют главным образом движения глаз, и мы рассмотрим здесь один пример, принадлежащий гештальт-теоретику Келеру, который, между прочим, ввел понятие обратной связи (вместе с кибернетиком Винером). Келер заметил, что в темноте мы непроизвольно обращаем внимание на внезапно возникающую светлую точку. Внимание как бы магнитом притягивается к ней. Келер предположил, что при этом на психофизическом уровне возникает нарушение состояния равновесия, или напряжение. Равновесие может быть восстановлено, если постоянно функционирующие процессы обратной связи так изменят положение глазного яблока (по отношению к голове и телу), что лучи света, исходящие из (физической) светлой точки, попадут в центр ясности сетчатки глаза (fovea centralis). Это приведет к тому, что воспринимаемая точка окажется в феноменологическом центре зрения, и тогда равновесие восстановится.

Этот пример не только объясняет, как реально связаны между собой физический и феноменологический процессы зрения, но одновременно еще раз наглядно показывает различия между двумя этими процессами. При этом упомянутые процессы обратной связи, сопровождающие феноменологический процесс зрения, нами не ощущаются, мы просто говорим, что зрение привлекает вид яркой точки.

Похожие процессы обратной связи происходят также и при любых других зрительных явлениях. С феноменологической точки зрения, чтобы взглянуть на определенную точку, находящуюся в поле нашего зрения, достаточно проявить некоторое волевое усилие, а происходящие при этом сенсомоторные регулирующие процессы нами не замечаются.

4. ПЕРЕМЕЩЕНИЯ ВЗГЛЯДА И ДВИЖЕНИЯ ГЛАЗ.

Как в повседневной жизни, так и в научных исследованиях, не всегда точно различают движения глаз и смещение фокуса зрения(взгляда), хотя проведение такого различия необходимо для понимания зрительных процессов. О перемещении взгляда мы говорим только, если предмет, на который мы хотим посмотреть, уже находится в поле зрения. Направление линии, соединяющей от эго собъектом, находящемся в поле зрения, мы называем "лучом зрения" (вместо того, чтобы говорить "линия взгляда" или "линия зрения"). Под движением же глаз мы понимаем повороты глаз в глазницах. Они не имеют никакого отношения к полю зрения.

С точки зрения критического реализма, нужно проводить строгое различие между феноменологическими и физическими движениями глаз и перемещениями взгляда. Рассмотрим сначала различия между физическими и феноменологическими движениями глаз. Первые представляют собой движения физических глазных яблок, которые может заметить посторонний наблюдатель или зарегистрировать видеокамера, если человек находится в состоянии бодрствования. В состоянии же сна можно воспользоваться электрографическими методами.

В феноменологических рассмотрениях движения глаз обычно отходят на задний план. Только когда глазное яблоко сильно напряжено, например, если попытаться намеренно скосить глаза, они могут ощущаться непосредственно. Тут проявляется еще одно отличие между движениями глаз и перемещением взгляда: первые ощущаются кинестетически, а второе - зрительно. Как говорилось выше, феноменологический луч зрения исходит из ядра эго по направлению к точке воспринимаемого поля зрения. Физический (лучше сказать, объективный) луч зрения выходит из fovea centralis по направлению к точке физического поля зрения. Перемещение взгляда можно рассматривать, как перемещение острия этого луча в (феноменологическом или физическом) поле зрения. Мы будем применять термин "поведение взгляда" (Blickverhalt), понимая под этим движение или неподвижность взгляда.

ЧАСТЬ II. ОСНОВЫ ЗРИТЕЛЬНОГО ВОСПРИЯТИЯ В СНОВИДЕНИЯХ.


После теоретического введения в основы восприятия в состоянии бодрствования мы можем существенно более кратко рассмотреть основы восприятия в состоянии сна. В отличие от состояния бодрствования, когда необходимо различать физический и феноменологический процессы восприятия, зрительное восприятие в сновидениях можно рассматривать только в феноменологическом смысле.

Самое яркое отличие между зрительным восприятием во сне и наяву состоит в том, что в состоянии сна сенсомоторная цепь управления разомкнута, ввиду того что активность соостветствующих нейронов находятся в парализованном состоянии, так что ощущения во сне определяются главным образом не сигналами, поступающими от органов чувств, а определенными процессами в головном мозге, природа которых пока не полностью выяснена. Достоверно известно только, что далеко идущее влияние центра сна-бодрствования, находящегося в ретикулярной формации, где расположены также основные центры, отвечающие за процессы мышления и чувства, которые играют важную роль в работе психофизического уровня. Глубинная психология, исследующая так называемое бессознательное, также пытается найти физиологические обоснования этого понятия в вышеуказанных центрах. С точки зрения критического реализма, здесь имеется ряд требующих решения проблем, которыми в других теориях сновидений часто пренебрегают, либо дают им ошибочную интерпретацию.

Так, например, с критико-реалистической точки зрения мы можем заключить, что проблема о "расположении сновидений", также как и проблема "расположения воспринимаемых объектов" является мнимой, если обратим внимание на то, что все события сновидений происходят на психофизическом уровне. Мы также не нуждаемся в предположениях, делаемых некоторыми школами глубинной психологии, о том, что отдельные "части" сновидений могут проецироваться в (физический) внешний мир (см. раздел I.2). Это вовсе не значит, что мы отвергаем все утверждения глубинной психологии, мы лишь приводим их в соответствие с критико-реалистической картиной мира, что делает их более понятными и дает возможность их экспериментальной проверки.

Обратимся теперь к моторным процессам в сновидениях. Когда мы веше говорили о том, что во сне сенсомоторная цепь управления в основном разомкнута, это относилось только к моторике тела. Это значит, кроме всего прочего, что движения тела, переживаемые во сне, не приводят к соответствующим движениям соответствующих двигательных органов физического организма. Биологически нецелесообразно, чтобы грубые движения организма дримера происходили во время сна. Это, конечно, не относится к движениям глаз; они не приводят к нарушению сна, так что их подавление не является необходимым; быстрые движения глаз (REM = Rapid Eye Movements) даже являются важнейшим (достаточным, но не необходимым) физиологическим критерием сновидений.

Наши исследования сновидений ясно показали, что эти движения глаз непосредственно связаны с соответствующими перемещениями взгляда в сновидении. То обстоятельство, что движения глаз в сновидении происходят быстрее и имеют более ярко выраженный характер, чем в бодрствовании, связаны, по результатам этих исследований, с тремя основными причинами, которые, во всей их общности, пока не учитывал ни один исследователь сновидений:
1. В сновидении часто происходят быстрые смены обстановки, которые вызывают также быстрые перемены направления взгляда.
2. Движения взгляда в обыкновенном сне чаще всего не поддаются волевому контролю, движения глаз там нельзя умышленно замедлять или намеренно останавливать, как в бодрствовании.
3. В силу того, что в сновидениях перемещения взгляда могут вызываться только соответствующими движениями глаз (а не перемещениями головы или всего тела), то глазное яблоко должно поэтому во сне двигаться чаще и более выраженным образом, чем в бодрствовании.

Немного иначе обстоят дела в одной особенной разновидности сновидений, в осознанных сновидениях, о которых уже говорилось выше. Они характеризуются тем, что в них человек понимает, что спит и может, как обычно, пользоваться своими функциями мышления, воображения и воли. Здесь проявляется парадокс: человек спит (во внешнем физическом мире) и бодрствует (во внутреннем, сновиденном мире)одновременно. В таких сновидениях смены обстановки происходят не так часто, как в обычных снах, к тому же направлением взгляда можно управлять по своей воле, поэтому первые два из вышеперечисленных пунктов не могут служить причиной быстрого движения глаз. Соответственно можно заметить, что движения глаз в осознанных сновидениях с одной стороны не столь быстры, как в обычных снах, но с другой стороны - быстрее, чем в бодрствовании. Последнее связано с тем, что, как указано в третьем из перечисленных пунктов, движения взгляда в сновидении вызываются только движениями глаз.

Ниже мы более подробно рассмотрим осознанные сновидения, поскольку они дают возможность точно изучить движения взгляда, которые, к тому же, в осознанных сновидениях существенно разнообразнее, чем в обычных.

ЧАСТЬ III. ОСНОВЫ ТРЕНИРОВКИ И ИССЛЕДОВАНИЯ ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЙ.

1. Техники входа в осознанное сновидение.

1.1. Рефлексивная техника для индукции осознанных сновидений.

Сообщения об осознанных сновидениях известны с незапамятных времен. Они, например, играют важную роль в повсеместно распространенных шаманистических культурах, а у тибетских йогов служат техникой достижения высших состояний сознания (HSC = Higher States of Consciousness). Конечно, поскольку новая наука изучает осознанные сновидения всего лет шестьдесят, опыт, накопленный столетиями, почти полностью неизучен. Сообщения отдельных авторов об осознанных сновидениях не воспринимались всерьез, пока не существовало никакой рабочей техники для обучения осознанию во сне - необходимого условия для экспериментального подтверждения их опытов. К тому же, осознанные сновидения, в виду их чрезврычайной специфики, часто связывются с разнообразными мистическими или оккультными представлениями.

Надежные техники для индукции, прерывания, продолжения и контроля осознанных сновидений были впервые разработаны нашей рабочей группой во франкфуртском университете им. И.В. Гете, которая также впервые занялась систематическими исследованиями осознанных сновидений.

Для лучшего понимания, я расскажу о своих собственных первоначальных соображениях, которые привели к изобретению важной техники вхождения в осознанное сновидение. У меня, как я рассказывал, был ключевой опыт, который привел к изменению моих гносеологических представлений. После того, как мне стало ясно, что весь объективный и интерсубъективно проявляющийся мир отражается в субъективном мире, который существует в моей физической голове, я стал думать, как этот последний мир связан с миром сновидений, который ведь тоже является отражением реального мира. Тогда у меня возникла мысль, а нельзя ли в сновидениях наблюдать за сюжетом и действовать с такой же ясностью сознания, как и наяву. Я стал пытаться осуществить эту идею, руководствуясь при этом следующим простым основным соображением: если развить у себя привычку критически-рефлексивного отношения относительно своего текущего состояния сознания, периодически проверяя, нахожусь ли я во сне или наяву, то, наверное, эту привычку можно будет перенести в сон. Тогда, заметив во сне что нибудь необычное, я смогу узнать, что я сплю.

Хотя в бодрствовании у меня не было ни малейших сомнений относительно своего состояния сознания, я тем не менее многократно в течение дня заставлял себя тщательно проверять его, как только рядом происходило что нибудь необычное. Приблизительно через четыре недели я достиг успеха. Я увидел свою тетушку, про которую я знал, что она умерла. Поскольку я не спиритист, мне стало совершенно ясно, что я, должно быть, сплю. Эту технику, с помощью которой мне впервые удалось осознаться во сне, я впоследствии назвал рефлексивной техникой. Она зарекомендовала себя во многих, в том числе и зарубежных, исследованиях, в которых на сегодняшний день принимало участие множество различных исследователей, как простая и эффективная техника, не требующая никаких технических приспособлений, для осознания в период REM-фазы сна.

1.2. Техники для прерывания, увеличения продолжительности и управления осознанными сновидениями.


Для объяснения следующих техник, в которых движения взгляда играют решающую роль, я хотел бы вернуться к опыту моего первого осознанного сновидения. Оно отличалось невероятной реалистичностью картинки сна, людей и предметов, которые там присутствовали, и с которыми можно было взаимодействовать, что было просто восхитительно. Но через некоторое время я ощутил некоторую подавленность, потому что у меня никогда прежде не было такого опыта, и я не знал, как и когда я смогу выйти из этого нового для меня мира. Потом, когда я, наконец, проснулся, то первая мысль, которая пришла мне в голову,была - можно ли повторить такой захватывающий опыт, но чтобы при этом не ощущать никакой подавленности. Поэтому я начал искать технику, с помощью которой можно было бы в любое время прервать сновидение. Отправляясь от результатов физиологических исследований восприятия и сновидений, я пришел к мысли, что при фиксации взгляда на неподвижной точке в сновидении можно будет проснуться. Как я и ожидал, такая фиксация взгляда вызывает вначале расплывание той точки, на которой фиксирован взгляд, затем распад всей сновиденной обстановки и наконец (через период времени приблизительно в 8-12 секунд) пробуждение.

Если фиксация взгляда на одной определенной точке в сновиденной обстановке приводит к ее расплыванию, так и наоборот, быстрые движения взгляда позволяют предотвратить распад сцены сновидения, который привел бы к окончанию сновидения, и таким способом стабилизировать картинку и продлить сновидение. Если быстро перемещать взгляд по сцене сновидения в течение нескольких секунд, то можно стабилизировать сновиденную обстановку или же оказаться в совершенно новой сцене сновидения, вследствие чего сюжет сновидения полностью изменится. Наша рабочая группа, кроме того, разработала ряд техник для входа в осознанные сновидения, их прерывания, продолжения и изменения их сюжета, которые затем были проверены и усовершенствованы не только у нас, но и в исследованиях различных зарубежных авторов.

1.3. Аппаратные техники для осознания во сне и передачи сигналов.


Имеется быстрые, но сопряженные с большим затратами, методы достижения осознанности во сне при помощи специальной техники. Это технические средства, регистрирующие движения глаз (EOG) и мозговые волны (EEG) спящего человека, и способные посылать ему определенные сигналы, которые позволят ему понять, что он спит, не вызывая его пробуждения. С помощью этих приборов некоторые исследователи могут осознаться во сне в первую же ночь. Однако такая аппаратура пока еще несовершенна. Эго сновидения может посылать сигналы обратно, совершая поддающихся регистрации движения глаз заранее определенной формы, что позволит (внешнему наблюдателю, следящему за аппаратурой) определить, что происходит с эго сновидения. Возможность такой двусторонняя "связи" эго сновидения с аппаратурой, конечно же, открывает совершенно новые перспективы в исследовании сновидений.

1.4. Гипнагогическая индукционная техника.


Метод осознания во сне, о котором кратко говорилось ранее, позволяет осознаться в REM-фазе. Кроме нее, мы разработали целый ряд индукционных техник, с помощью которых можно сохранить ясность сознания в процессе засыпания. Эти техники используют либо возникновение гипнагогических образов (гипнагогические техники), либо возникновение необычных телесных ощущений (техники выхода), для вхождения в осознанные сновидения специального типа, которые с физиологической и феноменологической точек зрения отличаются от остальных только в своей начальной фазе.

Техники выхода также называют внетелесным опытом (OBE = Out of Body Experience), поскольку при их использовании возникает ощущение, что эго "проецируется" из физического тела, находясь при этом в некотором другом теле (в "астральном" теле, как говорят в оккультной литературе) или в бестелесном состоянии. Однако при этом происходит выход не из физического организма, а только из феноменологического "первого" тела. Это следует не только из наших гносеологических рассуждений (см. раздел I.2), но также может быть надежно проверено экспериментально (см. напр. раздел IV.6).

2. Методы исследования осознанных сновидений.

Чтобы связать связать в единое целое результаты наших исследований различных зрительных феноменов, о которых будет идти речь далее, нужно сначала в общей форме объяснить по крайней мере самые важные методы, применяемые в этих исследованиях. Существует взаимная связь между развитием методов исследования осознанных сновидений и разработкой техник для вхождения в ОС. С одной стороны, при разработке этих техник используются определенные простые методы исследования, с другой - разработка техник служит важной предпосылкой для разработки стратегии дальнейших исследований.

С точки зрения критического реализма нам непосредственно доступен только феноменологический или воспринимаемый мир, поэтому феноменологические методы лежат в основе наиболее непредвзятого исследования и описания эмпирических явлений. Ввиду большого значения этих методов для психологии в целом и для наших исследований необычных явлений в сновидениях в частности, я хотел бы процитировать высказывание об основных принципах феноменологии одного из ведущих представителей гештальт-теории, В. Метцгера (Metzger[1975,стр.12):

"К сожалению, по наивности едва предлагается объективисткие течения в психологии, которые находятся под влиянием американского бихейворизма и советской рефлексологии, пренебрегают основными принципамы феноменологии, так что что суть психологии извращается, и она превращается в "учение об отсутствии души"... Наблюдаемые явления просто следует принимать так, как есть; даже когда они необычны, неожиданны, нелогичны, бессмысленны и противоречат неоспоримым фактам или хорошо знакомым рассуждениям. Суть в том, чтобы стремиться говорить своими словами, не допуская никаких апелляций к известному, ранее изученному, "само собой разумеющемуся", к требованиям логики, общепринятым предубеждениям и несовершенствам словарного запаса. Ко всему тому, что мы пытаемся изучить, следует относиться с благоговением и любовью, проявляя при этом сомнение и недоверие ко всевозможным предположениям и понятиям."

В своих собственных экспериментах, о которых я рассказывал, я уже опирался на феноменологические наблюдения. Конечно, это были лишь любительские попытки по сравнению с научно-исследовательской феноменологией, которая, как утверждают многие, должна служить критерием интерсубъективности.

Гештальт-теория не довольствуется только описательными применениями феноменологии, но пытается, насколько это позволяет исследовательская позиция, сочетать феноменологический подход с экспериментальным и таким образом достичь экспериментальной феноменологии. Для экспериментально-феноменологического изучения сновидений требуется, чтобы руководитель экспериментов по своему плану инструктировал участников, как им следует действовать в своих сновидениях, как наблюдать происходящие в них события, и чтобы участники экспериментов регистрировали результаты своих наблюдений по возможности непосредственно после пробуждения. При таком подходе возможно установить общие закономерности, выражающие связи между явлениями в сновидениях, которые окажутся полезными для предсказания событий в других сновидениях. Кроме того, при помощи феноменологических экспериментов возможно проверять не только психологические, но и психофизиологические теории сновидений.

Например, нам было нужно, кроме всего прочего, проверить четыре различные теории о связях между некоторыми явлениями, происходящими во сне и их физиологической основой. Из этих теорий три, в подробности которых мы здесь вдаваться не станем, были опровергнуты по результатам наблюдений. Только та теория, которая утверждала, что движения взгляда в сновидениях связаны при помощи цепных процессов управления с соответствующими движениями глаз, нашла подтверждение в этих экспериментах.

Из этого был сделан важный вывод о том, что эго сновидения при помощи заранее согласованного условного кода может посылать сигналы, которые могут быть зарегистрированы внешним наблюдателем либо аппаратурой. Нужно только совершить в сновидении определенные движения взгляда, которые ввиду наличия сенсомоторной двойственности вызовут объективные движения глаз. Это привело к разработке совершенно нового комплекса стратегии исследований, в котором плодотворно соединялись экспериментально-феноменологические и экспериментально-физиологические методы. При этом современные методы исследований сновидений дали возможность просто и окончательно решить ряд старых, но до сих пор остававхся нерешенными, вопросов относительно сновидений.

ЧАСТЬ IV. ОСВОБОЖДЕННОЕ ЗРЕНИЕ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ.

Некоторые осознанные сновидения настолько реалистичны, что происходящие в них явления невозможно отличить от реальных. Чтобы понять, на что похоже такое сновидение, представьте себе, что все, что вы сейчас видите, слышите, чувствуете, короче, все, что доступно для ваших ощущений - это сон. В осознанных сновидениях все может быть настолько же реальным -
люди, обстановка и ваше собственное тело. Человек может помнить, что он делал перед тем, как лег спать, и память у него может работать так же хорошо, как в бодрствовании. Но при этом возможно освободиться от всех тех ограничений, которые нас сковывают в реальной жизни. При накоплении достаточного опыта, в осознанных сновидениях можно делать такие вещи, которые в реале показались бы невероятными или невозможными.

Конечно, в осознанных сновидениях проявляют себя отколовшиеся части личности и автономные неосознанные конфликты, принимающие форму различных сновиденных событий. Поэтому осознанные сновидения лучше всякого другого психотерапевтического метода годятся для того, чтобы с их помощью выявить и разрешить эти конфликты, так что в сновидениях можно освободиться не только от повседневных ограничений, но и от тех ограничений, которые налагает бессознательное. Кроме этого, на сновиденный опыт еще влияют определенные физиологические процессы, и понимание этих процессов будет полезным для опытного дримера, потому что позволит ему намеренно делать в сновидениях различные необычные вещи. В частности, здесь возможно достижение разнообразных необычных состояний сознания. Наконец, нужно сказать, что осознанные сновидения пока еще представляют собой неизведанную территорию, где имеется огромное количество белых пятен, которые необходимо исследовать; и чем дальше мы проникаем на эту неизведанную землю, тем больше различных еще не исследованных мест открывается нашему взгляду. Поэтому наш обзор зрительных явлений, которые происходят в осознанных сновидениях, ни в какой мере не претендует на полноту;кроме того, нужно заметить, что описанные зрительные явления могут различным образом сочетаться между собой. При этом мы в нашем обзоре ограничиваемся феноменологическим описанием относительно хорошо изученных зрительных явлений.

При проведении феноменологической классификации различных зрительных явлений я опирался не только на исследования нашей франкфуртской рабочей группы, но и на ряд наблюдений других авторов. В этой связи я прежде всего хотел бы отметить Вернера Цурфлюха, который в своей книге "Quellen der Nacht" ["Ночные источники"], изданной в 1983 г., замечательно описал свой внетелесный опыт, и к тому же любезно предоставил мне систематический обзор зрительных явлений, с которыми он имел дело. Конечно, Цурфлюх дает собственную интерпретацию внетелесного опыта, которая отличается от моей.

Насколько это возможно, я стремился единообразно описывать причины и особенности зрительных явлений в осознанных сновидениях, а также давать практические указания по их применению. Хотелось бы также отметить, что все описываемые явления, какими бы необычными и удивительными они ни казались неопытным людям, полностью согласуются с критико-реалистической картиной мира входят, допускают интерсубъективную проверку с помощью экспериментально-феноменологических методов, и для их объяснения не требуется никаких аргументов оккультного или паранормального толка.

Мы придаем большое значение тому факту, что все описания явлений, о которых здесь говорится, основаны на наблюдениях людей, у которых не было никаких наркотических опытов. Употребление наркотиков приводит к физической и психической деградации, в то время, как осознанные сновидения, как это экспериментально доказано в ходе серьезных исследований, во многих отношениях приносят пользу как для физического, так и для душевного здоровья.

1. Расфокусированное зрение.

С расфокусированным зрением мы сталкиваемся и в бодрствовании, причем в бодрствовании этому можно лучше научиться, чем в сновидении. То, что о нем, несмотря на это, идет речь в разделе, посвященным осознанным сновидениям, связано с тем, что при расфокусированное зрение позволяет относительно четко наблюдать одновременно всю сцену сновидения, не совершая движений взгляда, не просыпаясь при этом, как при фиксации взгляда на неподвижной точке. О расфокусированном зрении едва ли можно найти упоминание в научной литературе, хотя в различных культурах оно давно известно и оказывает положительное влияние на творческое мышление, воображение и поведение людей в бодрствовании. Умение расфокусировать зрение в осознанных сновидениях можно также рассматривать, как первый шаг к "просветленному зрению", которое характерно для различных высших состояний сознания (см. по этому поводу заключительные замечания).

Для лучшего объяснения этого зрительного явления обратимся сначала к случаю бодрствования. В то время, как при обычном зрении фокусировка глаз связана с остротой зрения, то есть, точка, которая находится в области пересечения лучей зрения, исходящих из обоих глаз, воспринимается наиболее резко, при расфокусированном зрении все поле зрения воспринимается одинаково резко, когда и не так четко, как при фиксации на определенной точке. Это возможно потому, что при расфокусированном зрении пересечение объективных лучей зрения происходит не в одной точке на поверхности рассматриваемого предмета, а в некоторой области пространства, окружающей предмет. Чтобы этому научиться, потребуется известная тренировка, здесь можно воспользоваться различными техниками, на чем мы подробно останавливаться не станем.

Опишем кратко только одну из таких техник. Нужно поместить два пальца в одинаковом положении и на равном расстоянии перед глазами, затем начать сводить изображения обоих пальцев, пока они не "сольются", помещая точку пересечения лучей зрения либо все ближе перед пальцами, либо все дальше за пальцами. Сначала изображение каждого из пальцев раздвоится, и вы увидите два изображения левого и два изображения правого пальца. Смещая фокус зрения можно два внутренних изображения из этих четырех свести в одно, так что будет видно три отдельных изображения пальцев. При этом то (двойное) изображение, которое находится посередине, будет видно резко. Когда это удастся, нужно перестать концентрировать свое внимание на среднем изображении, и распределить его по всему полю зрения, которое станет резко видно. После некоторой практики, когда кинестетические ощущения, сопровождающие смещение фокуса зрения вперед-назад, станут привычными, можно будет и без всяких пальцев ясно рассматривать все окружение с помощью расфокусированного зрения. Для того, чтобы уметь расфокусировать зрение в осознанных сновидениях важно, чтобы кинестетические ощущения, связанные с движениями глаз, необходимыми для расфокусировки зрения, стали привычными. При этом всю сцену сновидения можно будет видеть ясно и четко, и даже неподвижность глаз не будет приводить к пробуждению. Подчеркнем еще, что распределение внимания по всей сцене сновидения в меньшей мере способно вызвать "насыщение" или самозамедление определенных центральных физиологических процессов, чем концентрация внимания на некоторой узко ограниченной области, находящейся в поле зрения.

С феноменологической точки зрения можно провести известную параллель между нашими наблюдениями и наблюдениями антрополога Кастанеды (Castaneda[1976]), который описывал учение индейского шамана дона Хуана. Последний говорил своему ученику Кастанеде, что человек, научившийся расфокусировать свое зрение и раздваивать изображения предметов, сможет научиться и осознанным сновидениям, или, как он выражался, просто "сновидениям". Дон Хуан, без сомнения, понимал, что фиксация взгляда в сновидении на неподвижной точке приводит к тому, что изображение начинает расплываться, и что можно научиться долго рассматривать сцену сновидения, не просыпаясь при этом. Конечно, учение дона Хуана следует рассматривать не с шаманистической, а с критико-реалистической точки зрения, и это даст нам возможность использовать важные техники достижения необычных состояний сознания. В. Цурфлюх, впрочем, отмечает, что расфокусированное зрение в осознанном сновидениии может возникнуть и спонтанно, без какой либо специальной тренировки.

2. Магическое зрение.


В то время, как расфокусировка зрения в позволяет просто пассивно созерцать всю сцену сновидения целиком, описываемое ниже магическое зрение может играть важную роль в активном взаимодействии с другими спрайтами. Чтобы охарактеризовать этот вид зрения, рассмотрим сперва некоторые зрительные явления в бодрствовании. В этом состоянии иногда случается, что мы не просто пассивно рассматриваем людей, но захватываем их своим взглядом и оказываем на них влияние, и наоборот, мы сами также можем испытывать влияние взгляда других людей. В связи с этим Бишоф (Bischof[1966], стр.23), один из наиболее видных представителей критико-реалистического подхода к изучению явлений восприятия, пишет о феноменологическом процессе зрения в бодрствовании следующее: "Cобытия восприятия при этом похожи на двусторонний диалог, процесс, который сопровождается ощущением захвата... взгляд одновременно является активным лучом, приковывающим и захватывающим внимание других людей." Активный взгляд при этом ясно ощущается, как своего рода направленный на вас вектор силы. Такая динамика взгляда часто имеет эмоциональный оттенок, например, говорят, что взгляд человека манит, очаровывает, околдовывает, гипнотизирует, завораживает, и т.д. Нетрудно видеть, что присущая взгляду сила не просто ощущается на опыте, но также очень сильно влияет на различные обстоятельства человеческих отношений. Это, например, проявляется в спортивных состязаниях, когда соперники смотрят друг другу прямо в глаза и при этом каждый не только старается "выдержать" взгляд другого, но и "задавить" его своим взглядом.

Как показывают различные исследования, присущая взгляду сила играет очень большую роль в магической картине мира детей и первобытных народов; еще важнее ее роль в мире осознанных сновидений, который во многих отношениях можно рассматривать, как прототип магического мира. Наши исследования показывают, что взгляд эго сновидения оказывает исключительно сильное влияние на внешний вид и поведение встречающихся в сновидении спрайтов. Например, если открытым и смелым взглядом посмотреть на спрайта, который настроен враждебно, то его агрессивность почти всегда уменьшается, а внешний вид становится не таким страшным. Что касается его внешнего вида, то спрайт может даже полностью трансформироваться, например из змеи превратиться в червяка, или из монстра в обычного человека. Если же смотреть на спрайта испуганным взглядом, то степень его враждебности наоборот повышается. Он сам начинает смотреть на вас угрожающе или агрессивно, его взгляд может выбросить вас из сновидения, или же он начнет преследовать вас и в конце концов даже убить взглядом. Если в бодрствовании мы не придаем выражению "убить взглядом" буквальный смысл, то в сновиденном мире такое может происходить на самом деле.

Магическая сила взгляда в сновидении, которая состоит в том, что взгляд может оказывать такие действия, которые в обычной реальности невозможны, хорошо известна в психотерапии, в которой используются различные техники с использованием воображения. В подобных техниках, например, играет важную роль возможность останавливать враждебного спрайта силой взгляда. Наши собственные исследования показывают, что как в диагностических, так и в терапевтических целях полезно, чтобы дример пытался смотреть на враждебных спрайтов открытым и смелым взглядом, но при этом не проявлял бы враждебности сам. Спрайта можно убить взглядом, и при этом дримера часто охватывает чувство триумфа. Но этот спрайт нередко появляется снова в следующих сновидениях, и тогда он будет стараться избегать взгляда дримера, применяя для этого различные ухищрения, скажем, надевая маску.

Подобные вещи, которые происходят в сновидениях, еще раз показывают, что спрайты, также, как и эго сновидения, имеют доступ к памяти дримера и могут являться персонификациями "вытесненных" или "отколовшихся" частичных систем личности. С терапевтической точки зрения важно интегрировать эти частичные системы личности в целостную личность, для чего важно, чтобы дример вел себя примирительно и неагрессивно по отношению к тем символическим образам, которые возникают в его воображаении и в осознанных сновидениях.

3. Панорамное, сферическое и туннелеобразное зрение.

Зрительные явления, которые описываются ниже, различаются по величине угла зрения или по величине поля зрения, доступного для обзора. При панорамном (круговом) зрении угол обзора (феноменологического) поля зрения расширяется до 360 градусов по горизонтали. При сферическом (шаровом) зрении угол обзора во всех направлениях зрения увеличивается до 360 градусов. Такое происходит, когда эго сновидения становится бестелесной сущностью, поле зрения которой становится шарообразным (см. напр. Zurfluh[1983,стр.251]). Хотя подобные зрительные явления могут показаться неправдоподобными или невероятными, их можно намеренно вызывать в осознанных сновидениях. Укажем здесь, например, как можно вызвать состояние панорамного зрения. Если в сновидении начать медленно крутиться вокруг своей оси и интенсивно стараться при этом вращении удерживать в своем воображении различные части поля зрения, то может случиться, что характер восприятия упомянутых частей поля зрения начнет изменяться, и в конечном итоге возникнет панорамное зрение. Для достижения сферического зрения эго сновидения должно находиться в бестелесном состоянии, что вызывает определенные трудности. Ядро эго может оказаться в бестелесном состоянии при выходе из тела сновидения, о чем будет идти речь в следующем разделе.

При туннелеобразном зрении поле зрения не расширяется, как в описанных выше случаях, а наоборот сужается. Человеку кажется, что он находится в темном туннеле, в конце которого виден яркий свет. Это преимущественно происходит при засыпании, когда возникает специфическое ощущение движения, когда человеку кажется, что будто бы его втягивает в туннель. В конце туннеля может произойти расширение поля зрения. Общие черты этого явления, как и тот факт, что оно происходит при засыпании, указывают на то, что в явлениях зрительного восприятия играют важную роль процессы, происходящие в сетчатке глаза. Как я указывал в другом месте, подобные ощущения движения по туннелю могут быть объяснены, исходя из известных в гештальт-теории принципов кинестетического восприятия. Что любопытно (об этом, кстати, также пишет В. Цурфлюх), подобные ощущения возникают в случаях околосмертного опыта. Вполне возможно, что эти явления подчиняются тем же психофизиологическим законам, что и описанные выше явления, которые происходят в осознанных сновидениях.

4. Внетелесное зрение.

Мы уже указывали, что обычно лучи зрения исходят из той точки в области воспринимаемой переносицы, в которой находится эго. При описании индукционных техник для вхождения в ОС также говорилось, что эго может выйти из первого тела, либо находясь во втором теле, либо в бестелесном точечном состоянии. Подобный внетелесный опыт может происходить как при засыпании, так и при пробуждении или во время сна. Поскольку при этом эго обычно видит сцену сновидения из некоторой точки, находящейся вне первого тела, мы в таких случаях будем говорить о "внетелесном зрении". При этом важно, что эго, находясь во внетелесном состоянии в такой же степени способно влиять на ход сновидения, как и когда оно находится во "внутрителесном" состоянии. Так, фиксация взгляда на неподвижной точке при внетелесном зрении в течение короткого времени приводит к размытию этой точки, а затем к полному распаду всей сцены сновидения. Если эго во внетелесном состоянии будет фиксировать взгляд на своем первом теле, это так же может привести к распаду сцены сновидения, как и при фиксации взгляда на любой другой точке.

Эту особенность внетелесного опыта можно обойти, если использовать определенные техники. Здесь мы только кратко остановимся на тех из этих техник, которые играют также определенную роль в зрительных явлениях. Обратимся сначала к случаю восприятия в бодрствовании. Рубин, один из виднейших исследователей восприятия в бодрствовании, который придерживался феноменологического направления, в своей основополагающей работе "Визуально воспринимаемые образы" (Rubin[1925]) замечает, что у человека, рассматривающего картину иногда возникает ощущение, что его эго в чистой или бестелесной форме перемещается внутри картины, например, если он долго перемещает свой взгляд по какой нибудь линии на этой картине. В феноменологических исследованиях Рауша (Rausch[1982]) также описывается похожее ощущение, возникавшее у участников эксперимента, которые подробно описывали свой опыт. Конечно, тут речь идет не о описанном здесь эго как эго располагающемся позади "глаза циклопа", из которого исходят лучи зрения и таким образом определяют перспективу зрения, а скорее о некотором виртуальном дубле эго (не проявляющемся реально), который находится на острие луча зрения, направленного на картину. Рауш говорит не о "дубле эго", а о эго, "продолженном" посредством луча зрения, который играет роль своеобразного зонда.

Близкая феноменологическая связь между реальным и виртуальным эго позволяет предположить, что, возможно, в осознанном сновидении реальное эго может выйти из воспринимаемого тела и занять свое новое положение на острие луча зрения. Наши исследования подтверждают это предположение, и в то же время показывают, что в процессе засыпания эго может войти в возникающую гипнагогическую сцену, двигаясь вдоль луча зрения. Приведем здесь два поясняющих примера, которые в то же время подготовят нас к обсуждению тех зрительных явлений, которые описываются ниже.

Первый пример принадлежит Норберту Саттлеру, члену нашей исследовательской группы. У Саттлера было осознанное сновидение, в котором он находился возле огромной башни и смотрел на ее вершину. Затем у него возникло ощущение силы, которая исходила от башни и вливалась в него. Ему пришла мысль, что, раз он спит, то сможет переместиться на вершину башни, просто взглянув на нее. Когда он попытался это осуществить, то по лучу зрения взлетел на вершину башни и мог смотреть уже оттуда, сверху, ощущая при этом головокружение. Затем он попытался еще раз подобным же образом изменить перспективу зрения, вернувшись обратно вниз. Это ему опять удалось, но при этом внезапно получилось так, что он одновременно мог смотреть и сверху, и снизу. При этом он одновременно испытывал ощущение силы, исходящей от башни, и свое собственное головокружение. Этот пример иллюстрирует возможность раздвоения зрения, о котором будет более подробно говориться далее в разделе IV.6.

Второй пример принадлежит художнику, с которым в первую же ночь после того, как он узнал о том, что можно вдоль луча зрения войти в гипнагогическую картинку, приключилось следующее. Он рассматривал при засыпании гипнагогические образы и в конце концов увидел сцену морского берега, на котором было много индейцев. Ему удалось переместить свое эго вдоль луча зрения в тело одного из индейцев, и он смог смотреть на морской берег его глазами. Затем внезапно его эго вышло из тела этого индейца и взлетело над морским берегом. Он хотел просто полетать в сновиденном мире, что он, будучи опытным дримером, неоднократно делал, но тут у него в голове возникла мысль: "Это не сработает!". После этого его эго вернулось обратно в (феноменологическое) тело, лежащее в постели. Этот пример не только иллюстрирует "скольжение вдоль луча зрения", но также показывает, что в осознанном сновидении можно смотреть глазами другого спрайта, о чем более подробно будет говориться в следующем разделе.

Ранее указывалось, что наши наблюдения в феноменологическом, но не в гносеологическом смысле совпадают с утверждениями различных оккультистов о том, что эго или душа может покидать тело через "третий глаз" (в критико-реалистической терминологии: "глаз циклопа") (см. раздел I.2).

5. Зрение глазами другого спрайта.

Как мы уже говорили, в осознанных сновидениях возможно переместить свое эго в тело другого спрайта и видеть сцену сновидения его глазами. Мы будем говорить в таком случае о "зрении глазами другого спрайта". Вхождение эго в другое тело может иногда происходить самопроизвольно. Приведем для примера отчет о сновидении одной девушки, которое кажется нам замечательным во многих отношениях. Эта девушка любила одного молодого человека, который, хотя и относился к ней дружелюбно и вежливо, но достаточно равнодушно. Однажды при засыпании она размышляла о том, почему этот парень так холоден к ней. В ту ночь ей приснился такой сон:
"Я находилась в одной комнате с этим парнем. Мы вместе что то делали, не могу уже вспомнить, что именно, и одновременно мы с ним разговаривали. Внезапно я поняла, что сплю. Я опять подумала, почему он не отвечает на мои чувства, и мне захотелось в этом сновидении получить ответ на этот вопрос. Вдруг я почувствовала, что моя душа, или то, что мы обычно понимаем под "я", покинула мое тело, и полетело по направлению к его телу. В таком бестелесном состоянии я могла использовать все свои чувства, то есть могла видеть, слышать, чувствовать запах и т.д. Выйдя из своего тела, я могла смотреть на него со стороны, видела, как оно делает и говорит что то. Было невозможно заметить, что меня уже нет в моем теле. Потом я подлетела к этому парню и вошла в его тело, причем у меня было такое ощущение, что я могу управлять всеми его функциями, а он не мог знать об этом. Я могла управлять всеми его жизненными функциями, движениями и всем, что обычно делает тело. Сначала это было очень необычно, все ощущения были такими непривычными, не такими, как в моем собственном теле. Это было похоже на то, как если бы человек, который много лет ездил на мерседесе, вдруг сел за руль Остин Мини. Но чем дольше я находилась в его теле, тем слабее было это чувство, и тем лучше я могла справляться с ним. Я смотрела его глазами, ощупывала предметы его руками, разговаривала его голосом и т.д. Его глазами я смотрела на свое тело, как оно стоит и что то делает. И я могла читать его мысли, знала все, что он обо мне думает, какое впечатление я произвожу на него. Я могла следить за ходом его мыслей и за его действиями, но не вмешивалась в них, так что этот парень никак не догадывался, что я как бы нахожусь вместе с ним в одном теле. Я была просто пассивным наблюдателем. Я видела, как он воспринимает меня, какой я кажусь ему и какие чувства он ко мне испытывает. Я знала, какой конфликт происходил внутри него, из за того, что он хорошо видел, какие чувства я проявляю к нему, и я ему тоже нравилась, но он не хотел начинать со мной никаких отношений. Когда я узнала все эти его мысли, я поняла, почему он так хладнокровно ко мне относится, что он никогда не ответит на мои чувства. Я точно узнала, что он думает и почему он думает именно так. В этот момент я и проснулась"

Этот сон оказался для девушки очень важным и полезным, позволив ей разобраться в своих чувствах. Теперь, когда она могла ограничиться просто дружескими отношениями с тем парнем, она почувствовала большое облегчение, потому что напряжение, которое существовало между ними, после этого сна полностью исчезло. В плане интерпретации этого впечатляющего сновидения можно сказать, что этой девушке удалось осознать такой факт, который она фактически уже знала, но не хотела с ним согласиться. Внутренняя готовность к тому, чтобы найти решение своей проблемы, которая появилась у нее при выходе из собственного тела, помогла ей разобраться в ситуации. При этом важно, что необычные телесные ощущения у нее сопровождались вполне привычными эмоциями. В этом смысле она не просто увидела себя со стороны, но "посмотрела на себя другими глазами", то есть взглянула на себя не только с другой оптической, но и с другой эмоциональной точки зрения.

Этот пример также важен в том отношении, что показывает возможность восприятия в бестелесном состоянии (зрения и слуха), при отсутствии (феноменологических) органов чувств. Как показывают другие примеры, эго, находящееся в состоянии точки, способно также двигаться и даже разговаривать, хотя органы передвижения и речи также отсутствуют. К этому нужно добавить, что в осознанном сновидении эго может входить в тела сразу нескольких спрайтов (Tholey[1989]). Эти спрайты могут иметь как человеческий, так и звериный облик или образ мифологических существ (см. также книгу Цурфлюха). В зависимости от того, какой облик имеет спрайт, могут изменяться особенности его зрения. Эго сновидения может войти в тело спрайта, который имеет звериный облик, и тогда величина поля зрения будет определяться расстоянием между глазами этого спрайта; конечно, для этого дример должен обладать определенным опытом.

6. Микро- и эндоскопическое, рентгеновское и фотографическое зрение.

Ниже описываются зрительные явления, которые могут происходить в сновидениях, и которые удобно объяснять, проводя аналогию с одним или несколькими устройствами, которые упомянуты в заголовке раздела. Начнем с фотографического зрения, которое, ввиду того, что у фотокамеры есть много различных функций, также подразделяется на различные зрительные явления. Например, Уэлти (Waelti[1983]) сравнивает начало своих выходов из тела с открытием объектива фотоаппарата, причем иногда зрительная картинка, которую он видит, также напоминает режим "vision". Это явление очень похоже на туннельное зрение, которое описывалось выше, и возможно, они оба возникают по похожим причинам. Уэлти, конечно, наивно объясняет это явление, связывая его с "открытием третьего глаза".

Опытные дримеры могут приближать к себе наблюдаемую картину сновидения, либо отдалять ее от себя, как если бы они смотрели на нее через объектив воображаемого фотоаппарата. В.Цурфлюх называет это "зрением через увеличительное стекло". Он, кроме того, утверждает, в сновидениях иногда можно видеть в темноте, как если бы у дримера была камера ночного видения.

Для начала мы приведем здесь примеры, иллюстрирующие три описанных в заголовке раздела зрительные явления, которые могут встречаться и в комбинированной форме. Микроскопическое зрение - это такое зрительное явление, когда в сновидении предметы видны в увеличенном размере, как через микроскоп. В качестве иллюстрации приведем отрывок из отчета о сновидении одной студентки, которая во сне осозналась у себя на кухне, где она миксером размалывала маисовые зерна в муку.

"Внезапно мое зрение изменилось; зерна, которые крутились в миксере, стали видны очень отчетливо и я могла ясно видеть каждую отдельную частичку размолотого маисового зерна во всех деталях. Затем у меня появилось чувство, что меня затягивает в этот маис. Я очутилась в миксере и видела огромное количество зернышек, которые вращались вокруг меня. Я могла рассматривать их во всех подробностях и заметила, что они становятся еще больше - или нет, это я уменьшалась. Это происходило очень быстро; я уже была такой маленькой, что видела уже не зерна, а какую то структуру, обволакивающую меня, наверное, отдельные молекулы, я знала, что уже уменьшилась до субатомного уровня..."

Мы привели этот пример потому, что он одновременно показывает, что тело сновидения может уменьшиться до очень малых размеров, и при этом можно будет рассматривать различные мелкие структуры. К этому явлению близко эндоскопическое зрение, при котором ядро эго может рассматривать свое тело изнутри. Кроме того, возможно даже видеть органы своего тела насквозь при своего рода рентгеновском зрении. Так, например, Уэлти (Waelti[1982]) описывает опыт при котором он видел свои "зубы, язык, горло и движения всех этих органов" (стр. 124), когда он вышел из тела и у него появилось "круговое" (вероятно, панорамное) зрение.

В обоих описанных случаях очевидно,что знания,которыми обладали как студентка, так и Уэлти, оказали решающее влияние на то, что они увидели во сне. С другой стороны, символические образы, появляющиеся во снах, служат ключом к объяснению процессов, происходящих в бессознательном, поэтому наблюдение внутренних органов при помощи эндоскопического и рентгеновского зрения может дать важную информацию при психосоматических заболеваниях. Например, Б.Райс сообщает, что одна женщина, которая во сне путешествовала внутри собственного мозга, встретила там одного спрайта (принявшего образ мистера Спока из телесериала "Энтерпрайс"), который объяснил ей значение ее сна, в котором содержалась информация об одной проблеме, которую она не осознавала. Спрайты-помощники, подобные мистеру Споку, относительно часто появляются в осознанных сновидениях. Их можно рассматривать, как "внутренних помощников", которые являются персонификациями самооздоровительных сил.

Исследование внутренних органов с помощью различных техник, использующих воображение, например, техники кататимического воображения, имеет важное значение в диагностике и терапии психосоматических заболеваний. Лейнер (Leuner[1987]) различает два вида такого исследования: в исследованих первого вида уменьшившееся в размере эго путешествует по телу и "наблюдает" за различными органами с помощью эндоскопического зрения. Во втором случае тело наблюдается извне (внетелесное зрение) и "просвечивается", так что тело становится прозрачным, как стекло (рентгеновское зрение). Лейнер приводит в своей статье впечатляющие примеры обоих разновидностей исследования.

Дальнейшие примеры подчеркивают то большое разнообразие возможных комбинаций отдельных зрительных явлений, встречающихся в осознанных сновидениях, о котором уже говорилось раньше.

7. Удвоенное и кратное зрение.


Удвоенное зрение - это такое явление, когда у дримера появляется два эго, которые смотрят на сцену сновидения с различных точек и обладают различными зрительными перспективами. В рамках обсуждения внетелесного зрения был приведен хороший пример, в котором рассказывалось, как эго может двигаться вверх и вниз по лучу зрения, и при этом у дримера появляется двойное зрение. Другой метод, позволяющий получить раздвоенное зрение, состоит в том, чтобы разорвать тело сновидения на правую и левую половины. Так же, как при делении клетки, при таком разрыве из обоих частей сновиденного тела получаются два целых тела, каждое из которых способно видеть сцену сновидения своими глазами (циклопа) со своей зрительной перспективы. При этом разделить тело сновидения можно как механическим способом (скажем, разрезав ножом), так и просто усилием мысли. Такие разделения тела, при которых могут быть и болевые ощущения, встречаются в описании опытов различных шаманов и мистиков. Разделение тела с помощью чистого усилия мысли встречается в сновиденных практиках тибетских йогов, из которых некоторые способны разделять свое тело сновидения на миллионы и миллиарды различных тел, для того чтобы получить ощущение целостного (сновиденного) космоса (см. напр. Chang[1963]). Эти практики требуют большого количества упражений и служат для достижения высших состояний сознания, которые начинают привлекать к себе все большее внимание в современных исследованиях сновидений. О некоторых из этих высших состояниях сознания, которые классифицируются как таковые также в различных философских учениях и религиях, будет сказано в приложении к этому реферату.

В случаях внетелесного опыта феномен раздвоенного зрения может спонтанно возникать в ходе засыпания или пробуждения. При этом человек может видеть одновременно глазами первого и второго тела (См. Waelti[1983], Zurfluh). Наконец, при вхождении ядра эго в тело другого спрайта может произойти "разделение ядер", при котором одно из разделившихся ядер проникнет в чужое тело, а у второго образуется новое тело, так что человек сможет видеть различные образы глазами двух этих тел сразу. В. Цурфлюх, который знаком с такими явлениями по собственному опыту, указывает на возможность того, что при удвоенном зрении можно одновременно наблюдать, что происходит внутри помещения и на улице.

8. Просветленное зрение.

То, что мы понимаем под "просветленным зрением", настолько сильно отличается от обыкновенного зрения, что, тем, кто не испытывал этого на собственном опыте, оно покажется более невероятным, чем все те явления, которые описывались ранее. В литературе встречаются такие названия описываемого явления, как "чистое", "космическое", "голографическое", "просветленное зрение". Некоторые авторы употребляют термин "вИдение", причем это слово каким либо типографским образом выделяется в тексте; например этот термин используют К. Кастанеда (Castaneda[1976]), который, как уже упоминалось, описывал учение индейского шамана дона Хуана, и философ дзен-буддистского направления Изуцу (Izutsu[1986]). Мы для обозначения этой высшей формы зрения в дальнейшем будем по возможности употреблять вышеупомянутые атрибуты "чистое", "космическое", "голографическое", "просветленное".

1. При описании обычных феноменологических зрительных процессов мы подчеркивали, что феноменологическое эго является источником лучей зрения, которые исходят из него по направлению к рассматриваемой точке поля зрения. Упомянутое же вИдение в чистом смысле не связано ни с каким либо видящим субъектом (феноменологическим эго), ни с каким либо рассматриваемым объектом, но переживается просто как некая чистая активность.

2. Под атрибутом "космическое" понимается опыт соединения феноменологического эго с целостным (феноменологическим) космосом, который, как правило, воспринимается, как безграничный в пространственном и во временном отношении. В зависимости от мировоззрения, человек по разному может описывать такое состояние и вместо термина "космос" употреблять какие нибудь другие термины. Так, например, мистики, принадлежащие к какой либо монотеистической религии, говорят о "единении с Богом", буддисты - о "единении с Буддой", а современные психотерапевты - о "единении с высшей Самостью". Я же, не разделяя вышеупомянутые воззрения мистиков, буддистов и психотерапевтов, предпочитаю для обозначения описываемого явления использовать термин "космос", в частности, потому, что первоначальный смысл этого слова, имеющего греческое происхождение, обозначал порядок и красоту (феноменологической) вселенной.

3. Атрибут "голографическое" должен обозначать, что при описываемом явлении каждая часть изображения, как на голограмме, содержит в себе все целое. С другой стороны, об этом явлении было хорошо известно за тысячу лет до изобретения голограмм, и оно описывалось выражением "все в одном, и одно во всем". Для наглядности люди раньше привлекали аналогию с многократным отражением какого либо образа (См. сочинение Изуцу, цитированное выше).

4. О просветлении говорят, как при описании оптических явлений распространения света (чтобы подчеркнуть яркость распространяющихся лучей), так и при описании различных интуитивно - творческих процессов, при которых достигается полное понимание предмета или внезапное озарение или вспышка проницательности. Поэтому вполне понятно, что Кастанеда (Castaneda[1976]) вИдение связывал со знанием (заметим, что слово "знать" ("wissen") этимологически родственно латинскому слову "видеть" ("videre").

Наиболее подробно и систематически понятие вИдения изложено у Изуцу (Isutsu[1986]). Мы ограничимся здесь одной короткой цитатой, которая, впрочем, содержит объяснение большинства аспектов феномена вИдения. Этот автор пишет:

"При этом все вещи теряют свои обычные границы. Они начинают проникать одна в другую, многократно отражаться одна в другой, преломляясь в безграничном пространстве Небытия... Ощущение же небытия не значит почти ничего, потому что сознание становится пустым и свободным. Совсем наоборот, сознание "существует" в самом себе в первозданной чистоте, представляя собой чистый свет или просто просветление, просветляя самое себя и просветляемое самим собой. Это - вИдение."

Изуцу, который рассматривает сознание как динамическое силовое поле, подобно тому, как это делается в гештальт-теории, использовал для обозначения феномена вИдения также термин "сверхсознание". С нашей точки зрения, благоприятные предпосылки для возникновения этого глубокого состояния "сверхсознания", дающего нам важный опыт раскрытия личности, состоят в том, чтобы сначала суметь погасить активность "подсознания" посредством сознательной деятельности, для чего отличным способом является активное взаимодействие с "образами, порождаемыми подсознанием" в осознанном сновидении; после такого активного вмешательства в ход событий осознанного сновидения, затем необходимо переходить к пассивному созерцанию, что позволит достичь состояния вИдения в вышеописанном смысле. Но сначала необходимо активно вмешаться в ход осознанного сновидения, чтобы полностью устранить пассивно возникающие в нем образы. Нам кажется неудивительным, что опытные дримеры способны достигать подобного состояния; об этом было хорошо известно тибетским йогам (Chang[1963]), и это подтверждается в современных исследованиях осознанных сновидений. В древнеиндийских и тибетских книгах это состояние иногда обозначается термином "сном без сновидений", который может привести к несколько неправильному пониманию. Его нужно понимать только в том смысле, что полностью исчезают сновиденные образы, и остается лишь "чистое сознание", которое затем развивается в "сверхсознание" в смысле Изуцу; тем не менее, все это происходит в тех же самых фазах сна, что и обычные сновидения.

С точки зрения физики и физиологии, "сверхсознание", проводя аналогии с голографическими изображениями, описали нейрофизиолог Прибрам (Pribram[1975]), а также физик-атомщик и космолог Бем (Bohm[1985]). Как я подробно объяснял в одной из предыдущих работ, их интерпретация согласуется с основными принципами гештальт-теории, что неудивительно, поскольку Прибрам при изобретении голографии руководствовался гештальт-теоретическими соображениями. В связи с этим интересно, что исследовательница - психолог и этнолог Крамер (Cramer[1991]), изучавшая шаманские сновиденные практики народа сеноев, сделала важное открытие, состоящее в том, что в культуре и мировоззрении этого народа играет центральную роль положение о том, что "все целое содержится в каждой части, и каждая часть содержит в себе все целое". Это позволяет провести параллель между шаманистическими представлениями и современной голографической теорией Прибрама. Она приходит к такому заключению: "И таким образом круг замыкается: древние традиции и современная наука объединяются, позволяя достигнуть глубокого понимания людей и их места в этом мире"


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Phil
сообщение 27.2.2018, 10:48
Сообщение #62


Любитель
**********

Группа: Пользователи
Сообщений: 8 052
Регистрация: 22.4.2008
Пользователь №: 8 917
Знак Зодиака:
Страна:




Вау. Благодарю за такое прекрасное исследование.
Я так понял, это только первая часть, и будет продолжение?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 28.2.2018, 1:20
Сообщение #63


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




Цитата(Phil @ 27.2.2018, 9:48) *
Я так понял, это только первая часть, и будет продолжение?

Нет, данный конкретный текст переведен полностью smile2.gif


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Phil
сообщение 28.2.2018, 10:44
Сообщение #64


Любитель
**********

Группа: Пользователи
Сообщений: 8 052
Регистрация: 22.4.2008
Пользователь №: 8 917
Знак Зодиака:
Страна:




Понятно, спасибо.
Просто у тебя обычно в конце статьи идёт перечисление литературы. А тут её не было. Вот я и стал ждать продолжения.

P.S. Кстати, список литературы не обязателен. Всё равно вряд ли кто-нибудь (кроме тебя ab.gif ) сможет им воспользоваться...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Лондонский Туман
сообщение 8.3.2018, 13:10
Сообщение #65


Проходивший мимо
*

Группа: Пользователи
Сообщений: 22
Регистрация: 4.11.2017
Пользователь №: 210 740
Знак Зодиака:
Страна:




Я тут в Ынтернете наткнулась на одну интересную статейку,может кому понадобится. Вот тут частичка из неё

Notes from a course with Merilyn Tunneshende
Заметки с курса с Мэрилин Тюншенд
Часть 1

Это заметки,которые я написала вскоре после преодоления краткого курса с Мэрилин Тюнсшенд в Великобритании. Для тех,кто не слышал о ней, она– тот тип людей, который пишет и/или даёт курсы Толтеков, т.е. традиций древней Мексики, вообще они были как бы приведёнными к свету Карлосом Кастанедой. (Другие люди,чьи работы я знаю и уважаю в этой специализации включают самого Кастанеду, Виктора Санчеза, Кена-Орлиное Перо(Ken Eagle Feather прим. Пер.), Флоринда Доннер (-Грау) и Таиша Абелар)

Мэрилин странная(Надеюсь,она меня простит за эти слова!). Она очень сильная сновидица – я не могу описать насколько она сильна. Каждое её слово пропитано сновидением,даже если она говорит наяву,так что у вас могут появиться проблемы с отличием реальности и сновидения даже перед тем,как она начинает работу! На предыдущем курсе Мэрилин люди также докладывали об очень странных происшествиях в ‘реальности’ (птицы,летающие в комнате; затихает звук будильника/колокола, и т.д. и т.п.),но они (вещи/события) были гораздо спокойнее на этом курсе.
Как и с каждым колдуном/колдуньей, вы должны уважать то,с чем имеете дело, и когда вы это знаете,вы можете извлечь пользу из того,что они должны сделать/принести(имеется в виду опыт/информация). Мерилин это единственная колдунья с большой буквы,с которой я проходила курсы, и, определенно самая сильная сновидица тоже. Попробуйте сложить определения «женщина» и «очень сильный сновидец», и вы поймете,что вы в беде!! wink.gif
Несмотря на это,вот заметки. Я подкорректировала немного персональных деталей,но в основном ничего не поменялось.

БОЛЬШАЯ ЗАМЕТКА: Техника Огненного Дыхания,которую вы здесь найдёте, вы не сможете найти в книге Мэрилин, потому что она сказала,что вы можете попасть в беду,используя эту слегка более мощную форму техники, так что она опустила/отменила это. Причиной является то,что если ваша энергия где-нибудь «застрянет» (задержится или останется,не имея возможности вернуться), вы можете заболеть или ввязаться в другие проблемы. В случае того,что это произойдёт с вами и вы не сможете всё исправить сами, вам нужно найти кого-то, кто понимает циркуляцию энергии – будет это иглоукалыватель или другой медицинский практик из Китая или кто-то достаточно продвинутый в ТайШи или Йоге. Пытаться сделать это упражнение следует только тогда,когда вы уже имеете какой-либо опыт– например Микрокосмическая Орбита(из Китайских традиций). Я в этой области не эксперт,но знаю достаточно,чтобы найти силы, если у меня будут проблемы–но не каждый экспериментировал с энергетическими техниками больше десяти лет,так что будьте осторожны!


---------------------------------------------

РАБОТА С МЭРИЛИН ТЮНШЕНД

12-15 Июля 1999

Замок Гримстон, Девон

---------------------------------------------



СОЕДИНЕНИЕ С ОГНЁМ
------------------------

Она показывала нам(группе) два маленьких ритуала и потом заставляла делать также по очереди, пока остальная группа смотрит.

Первым было выхватывание огонь из восковой свечи и поглощать его. Она продемонстрировала выхватывание огня из свечи и беря немного для поднесения огня к носу и вдыхания. Каждый в группе пытался сделать это с разными стилями и добавлениями – включая вбирание огня в охапку всей рукой (Саймон), или некоторые подносили огнь к своему сердцу или что-либо ещё. Она спросила видим ли мы линии в воздухе. Это было вступление к Огненному Дыханию (анализироуя как мы должны втягивать(буквальный перевод–пить маленькими глотками) энергию ).

Во втором ритуале нужно было сделать что-то связанное с огнём или копалом(полудрагоценный камень, смола, которой примерно 250 лет и больше)– я не уверенна. Думаю, это был огонь. Она стояла у стола на котором была свеча и чашечка горящего копала. Она сказала «Inlakesh» (Я это ты), с её правой рукой прямо над столом. Она сказала что следует чувствовать, как энергия поглощается тобой в этой точке(выполнения задания). Потом она сказала «Alakin» (Ты есть я), убирая руку к себе, ладонью вниз. Она сказала,что в этой части практики можно почувствовать, что энергия идёт от тебя к огню.

Inlakesh - "Я это ты" – Лицевая сторона ладони над огнём, открытость забирать энергию
Alakin - "Ты это я" – Рука обратно к себе, открытость отдавать.

Я пыталась сделать такое (без слов) в нескольких ситуациях чтобы создать связь – с камнем(на котором начертаны символы лабиринта), и сотворение любви(как чувства)


В общем-то, это всё,что я пока-что напереводила) Надеюсь,это будет немного полезным

Сообщение отредактировал Лондонский Туман - 8.3.2018, 13:10


--------------------
Don't worry,
be happy
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 13.3.2018, 4:54
Сообщение #66


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




СОЗНАНИЕ, ИССЛЕДОВАНИЯ СОЗНАНИЯ, ОСОЗНАНИЕ СЕБЯ

Поль Толи
Впервые опубликовано в журнале Bewusst Sein, Vol.1 No.1, 1989:9-24
(Этой статьей, по всей видимости, начинался самый первый выпуск журнала, редактором которого был П. Толи)

В этой вводной статье делается предварительная попытка классификации различных определений понятия сознания и различных состояний сознания, что имеет особенно важное значение для исследования осознанных сновидений; определяются различные подходы к исследованию сознания и, в заключении, программно излагается главная цель наших дальнейших исследований: научиться осознавать себя и действовать в духе творческого сотрудничества, в противоположность обычным неосознанным действиям в эгоцентрическом иллюзорном мире. Многое из того, что здесь по необходимости может быть представлено лишь в абстрактной или приблизительной форме, читатель сможет лучше уяснить при чтении оригинальных работ в этом и последующих выпусках нашего журнала. Тем не менее, следует надеяться, что эта статья по меньшей мере позволит составить первое впечатление о наших представлениях и методах исследования сознания; возможно, она будет стимулировать нас в дальнейших теоретических и практических исследованиях, а также окажется полезной при критических обсуждениях наших результатов. Еще одно замечание: когда мы готовили первый выпуск нашего журнала, между нами возникали определенные концептуальные дискуссии, так что данная статья окажется полезной для того, чтобы мы в дальнейшем не тратили время на пустые разговоры, что в наше время избытка догматических учений происходит слишком часто.

Почти все члены-основатели нашего общества CORA являются сторонниками гештальт-теории (см. по этому поводу мою следующую статью) и считают, что она дает нам наиболее ясные понятия и теоретические принципы, широко применимые в различных дисциплинах, позволяет прояснить сложнейшие вопросы, возникающие при исследовании сознания, устранить наши различные предрассудки, а также привести в гармоническое согласие различные научные течения. С другой стороны, мы никак не стремимся ограничить наши собственные представления какими либо догматическими, научными или мировоззренческими рамками, и открыты для всевозможных новых идей. Наконец, все теории нужны для того, чтобы объяснять результаты практики и экспериментов. В этом плане нужно вспомнить высказывание одного из основоположников гештальт теории К. Левина, который оказал влияние на наши взгляды: "Нет ничего практичнее, чем хорошая теория".

1. СОЗНАНИЕ.

1.1. Предварительное разъяснение понятий.


Что мы понимаем под сознанием? Чтобы ответить на этот вопрос во всей его общности, нужно было бы привести различные определения понятия сознания и обсудить их характерные черты, для чего потребовалось бы заполнить текстом не один выпуск нашего журнала, поэтому мы просто заметим, что это понятие не допускает точного определения. Очевидно, "сознание" принадлежит к числу первичных явлений (Urphänomenen) в смысле И. В. Гете, которые являются настолько непосредственными и самоочевидными, что сами являются предпосылками для любого определения. Поэтому мы ограничимся описаниями и примерами, которые позволят читателю познакомиться с различными вариантами определения сознания. При этом у него не должно возникать никаких трудностей, когда по ходу нашей дискуссии нужно будет определить, что мы понимаем под словом "сознание" в каждом конкретном случае.

Мы начнем с двух относительно широко трактуемых понятий сознания, одно из которых опирается на определенные гносеологические основания, и при этом оно гораздо более распространено в медицине, чем второе определения сознания, с которым тоже приходится встречаться на практике. В первом случае мы будем говорить о понятии сознания в гносеологическом смысле, а во втором - о понятии сознания в феноменологическом смысле.

Мы начнем с гносеологического понятия сознания, потому что ему проще дать объяснение, указав его характерные черты и отличия от других понятий сознания. На языке гештальт-теории сознание означает переживаемый (erlebte) или феноменальный мир (т.е., буквально: "мир явлений"), который нужно отличать от объективного, то есть физического или трансфеноменального мира, который не ограничивается рамками явлений, наблюдаемых непосредственно.

К моему сознанию в настоящий момент, или к моему феноменальному миру (то есть к миру явлений, который воспринимается Полем Толи) попросту принадлежит все, что сейчас находится и происходит рядом со мной: я сам, со своим телом и "душой" (в смысле совокупности моих намерений, настроения, и т.д.), компьютер на письменном столе, книги на полке, мой сотрудник, который на меня смотрит и задает вопросы; или можно еще сказать так: сознание - это все то, что исчезнет и перестанет происходить, если меня, образно говоря, ударить молотком по моей физической голове, в результате чего я потеряю сознание. (См. Metzger[1965]).

Возможно, кому нибудь из читателей покажется странным, что я считаю составными частями собственного сознания не только такие "субъективные" явления, как собственные намерения и настроения, но и такие объективные и интерсубъективно проявляющиеся объекты, как компьютер и книги, и даже другого человека. На самом деле, с гносеологической точки зрения, здесь предполагается, что все данные объективного и интерсубъективно проявляющегося мира при работе различных органов восприятия субъекта (в нашем примере - Поля Толи), которые могут вносить немало искажений, определенным образом проецируются в его субъективный мир, к исчезновению которого может привести тот самый удар молотком. Само собой, при этом ударе молотком не исчезнут объекты физического или трансфеноменального (не зависимого от моего восприятия) мира, такие, как мой физический организм, другие физические предметы или живые существа, например, мой сотрудник, который, кстати, обладает собственным сознанием, то есть своим собственным феноменологическим миром.

Можно указать на отличия такого широкого понимания сознания от других, более узких трактовок этого понятия. При этих более узких трактовках только определенные сущности или явления, которые рассматриваются как субъективные на основании каких либо внешних признаков, считаются относящимися к сознанию. Например, можно считать, что к сознанию относятся только субъективно проявляющиеся намерения и настроения, а также определенные ("личные") телесные ощущения, например, боль, но не объективные или интерсубъективные (доступные "общему" восприятию) предметы. Но здесь я хочу - несколько забегая вперед - заметить, что в сновидении может возникнуть совершенно реальный образ любой "объективной" и "осязаемой" вещи, например, компьютера, что сможет подтвердить читателю каждый дример. Но об этом позже smile2.gif

Я хотел бы вкратце упомянуть еще одно, также имеющее феноменологическое происхождение, понятие сознания, которое, вероятно, наиболее близко к тому, что обычно понимают под сознанием, когда используют это слово в обычной разговорной речи. Я сошлюсь на работу Дункера, который определяет сознание как "восприятие" феноменологическим "я" или "эго" феноменологических "предметов" или "событий". Было бы самонадеянным вдаваться здесь в тонкий и подробный феноменологический анализ определения Дункера.

Ранее мы от гносеологического понятия сознания в широком смысле, налагая на него ограничивающие условия, перешли к более узким трактовкам этого понятия; теперь же мы хотим, наоборот, показать, как, при помощи некоторых абстракций, можно его обобщить. В отдельных случаях, когда мы имеем дело с универсальными фактами, присущими сознанию, и различие между сознаниями различных людей нас не интересует, имеет смысл для краткости говорить просто о сознании или феноменологическом мире. Подобное абстрагирование используется, например, когда говорят о сознании различных групп, классов, обществ, или когда сравнивают сознание человека и зверя. Когда говорят об "объективном сознании" или "духе" какой либо эпохи или культуры, который отражается в произведениях искусства, тоже используют эту абстракцию, и при этом нельзя забывать, что произведения искусства в конечном итоге являются продуктом деятельности и сознания отдельных индивидуумов, взаимодействующих между собой. Поэтому представление о каком то "третьем мире", отличном от мира феноменологического и физического (см. напр. Popper & Eccles[1977]) совершенно излишне, и его, самое большее, нужно понимать просто как удобный способ говорить. Это представление приводит к серьезным философским ошибкам, например, некоторые философы и исследователи пытаются исключить влияние индивидуального сознания на свои исследования, хотя это, очевидно, и невозможно (см. ниже).

1.2. Подразделение сознания в гносеологическом смысле.


Понятие сознания в гносеологическом смысле допускает более или менее ясное подразделение (см. Metzger[1965]). Для этого часто используются пространственные символические понятия, такие, как "внешнее" и "внутреннее", которым, в свою очередь, также можно придавать различный смысл. Если рассматривать сознание как феноменологический мир, то логично "внутренним" считать свое собственное феноменологическое тело, или, выражаясь языком гештальт-теории, "тело эго" ("Körper-Ich"), а "внешним" - его феноменологическое окружение или среду, причем обе эти части воспринимаемого мира можно свести к понятию феноменологического общего поля (Gesamtfeld). Термин "поле" тут употребляется потому, что можно провести аналогию между отдельными частями и областями воспринимаемого мира и физическими полями взаимодействия, так как они "одновременно несут и обуславливают друг друга", по выражению сторонника гештальт-теории В. Келера.

Имеется другой подход к подразделению сознания, при котором не так прямо используется пространственная аналогия с "внешним" и "внутренним": Метцгер проводит различие между сознанием внешнего мира и сознанием внутреннего мира, и эти два вида сознания еще отличает от собственного сознания. Под последним понимается "сознание того, что происходит в данный момент, что человек чувствует, почему он чувствует это; кроме того, сюда относится все многообразие чувств, ощущений, душевных состояний, настроений и устремлений, которые непосредственно переживаются и ощущаются человеком (Metzger[1965,5]). Эти процессы и состояния эго можно описать, пользуясь только понятиями феноменологического внутреннего или внешнего мира, что показывает их непосредственную связь.

Как можно отличить сознание внутреннего мира от сознания внешнего? Под сознанием внешнего мира Метцгер понимает совокупность всего того, что непосредственно с нами происходит и нами переживается, не какие нибудь духовные акты, а, например, то, что мы можем потрогать нашими (феноменологическими) руками. В вышеприведенном примере это мое тело, компьютер, книги, мой сотрудник... Следует отметить, что различные предметы и спрайты, которые нам встречаются в сновидениях, также воспринимаются нами непосредственно, и поэтому в плане рассматриваемого здесь различия они тоже относятся к сознанию внешнего мира. В противоположность этому, к сознанию внутреннего мира относится совокупность разнообразных воспоминаний, предположений, воображаемых картин, абстрактных мыслей, представлений, планов (которые, конечно, также присутствуют в сновидениях). Продукты воображения воспринимаются, как нечто неправдоподобное и часто имеют интенциональный характер, вид таких "подсказок" или "изображений", которые моментально исчезают из восприятия.

Два обсуждавшихся выше способа различения между "внешним" и "внутренним" являются независимыми один от другого. То, что, например, относится ко второму из описанных аспектов внутреннего представления, может относиться к первому из описанных аспектов "внешнего", поскольку уже сам термин "представление", предполагает, что то, что представляет себе феноменологическое эго, можно увидеть (мы не хотим этим сказать, что все представления всегда находятся вне эго).

Общим для обоих вариантов различения является то, что они имеют феноменологическую природу. Это не относится к следующей классификационной точке зрения, что особенно важно, когда мы имеем дело не только с обычным воспринимаемым миром, который соответствует обычному состоянию бодрствования, но также и с другими, например, со сновиденным миром. В то время, как вид мира бодрствования в значительной мере определяется процессами восприятия, за вид сновиденного мира отвечают в основном внутренние, или бессознательные, процессы мозга. Поэтому в первом случае также можно говорить о внешнем мире, а во втором - о внутреннем. При такой точке зрения различие проводится не по характеру внешнего проявления объектов, а между двумя этими различными миров. Какая точка зрения будет использоваться при обсуждении статей в нашем журнале, будет в каждом конкретном случае оговариваться явно. (О других вариантах различения между "внутренним" и "внешним" в связи с проблематикой сознания см. Bischof[1965]).

Занимаясь выявлением этих тонких различий, мы должны апеллировать к терпению читателя. Без рассмотрения этих различий невозможно понять науку о сознании и надлежащим образом ее использовать, или, что еще хуже, превратно истолковать ее, пополнив и без того широкие на сегодняшний день ряды догматиков и шарлатанов. Мы имеем в виду, что философские и психологические исследования, или даже вообще все научные исследования, в которых изучается сознание и процессы, протекающие в живых организмах, могут попасть в опасный тупик, если в них допускается путаница в плане вышеупомянутых различий. Чтобы убедиться в том, что это не голословное заявление, достаточно будет внимательно прочитать некоторые "научные" работы в этом журнале. Речь там идет о фундаментальных вопросах, которые имеют как теоретическое, так и и практическое значение.

1.3. Измененные состояния сознания.


Поскольку мы желаем исследовать сновидения, наши интересы не ограничиваются только обычным, дневным, состоянием сознания, но распространяются также на так называемые измененные состояния сознания (см. по этому поводу работу Клауса Стиха), которые мы будем обозначать аббревиатурой ИСС. Возможно, следовало бы говорить просто о состояниях сознания, поскольку нет общепринятого мнения о том, какие состояния сознания следует считать измененными, а какие нет. Если, например, в нашем цивилизованном мире обычное дневное состояние сознания считается нормальным, то в некоторых философских течениях его рассматривают как негативное трансовое состояние, из которого необходимо "проснуться". Это, между прочим, совпадает с нашим собственным мнением, о чем мы далее скажем более подробно. В 1969 г. вышла работа Ч. Тарта "Измененные состояния сознания". В этой, ставшей классической, работе он дал следующую классификацию этих состояний:
1. Гипнагогическое состояние, возникающее при переходе от бодрствования ко сну.
2. Сон.
3. Медитация.
4. Гипноз.
5. Психоделические состояния, вызванные употреблением различных веществ.
Мы в своей исследовательской практике концентрируемся на изучении первых трех разновидностей ИСС из приведенного списка, считая, что вторжение в сознание посторонних людей (как в случае гипноза) и употребление веществ несет в себе высокий риск, связанный с подавлением естественных тенденций самозащиты. Мы также скептически относимся к использованию аппаратных средств для достижения ИСС, применяя их только в исследовательских целях (см. статью Дж. Райса). Мы практически заинтересованы прежде всего в том, чтобы найти простые и "естественные" методы достижения "высших" состояний сознания, которые отличаются от остальных чистотой, ясностью и протяженностью. Что это конкретно означает, станет ясно в дальнейшем, когда мы будем обсуждать помутненные, суженные и спутанные состояния сознания - явления, которые хорошо известны каждому из нас и которые можно противопоставить состояниям сознания высокой ясности, которые, напротив, известны по собственному опыту далеко не каждому, но которые можно достичь без посторонней помощи, и мы надеемся, что читатель рано или поздно сделает это. Наконец, мы будем различать обычные и осознанные, или "ясные" сновидения (Klarträumen).

1.4. Особое значение осознанных сновидений для изучения измененных состояний сознания.


В своих более ранних публикациях я неоднократно приводил семь критериев, позволяющих отличить осознанное сновидение от обыкновенного. Один из этих критериев можно было применять не только для определения степени осознанности во сне, но и для определения ясности воспоминаний после пробуждения. Шесть остальных, которые характеризуют не только определенную форму сновидений, но также и другие, отличающихся ясностью, "высшие" состояний сознания (включая особые формы физического бодрствования), и их можно сформулировать так:

1. Ясность относительно состояния сознания, в котором человек в данный момент находится.
2. Ясность относительно свободы выбора, то есть возможности делать то или это.
3. Ясность сознания, то есть отсутствие помутненности, спутанности или суженности состояния сознания.
4. Ясность восприятия, то есть возможность ясно видеть, слышать, чувствовать запахи, осязать предметы (в феноменологическом смысле).
5. Ясность относительно своей личности, текущей ситуации и своих намерений.
6. Ясность относительно того, где человек находится и что делает, а также относительно символического содержания происходящих явлений.

Для достижения высшей формы осознанных сновидений необходимо, чтобы все шесть критериев были выполнены. Поскольку это бывает редко, мы говорим об осознанном сновидении, если выполнены только первые пять критериев из этого списка, и при этом не обязательно, чтобы выполнялся упомянутый критерий ясности воспоминания сновиденных событий. Выполнение пятого критерия означает, что у человека сохраняются ясные воспоминания относительно того, что он делал и где находился перед тем, как заснуть.

Давая такое определение осознанности во сне, мы руководствовались, с одной стороны, тем эмпирическим фактом, что эти критерии могут быть выполнены одновременно (по крайней мере, должны быть выполнены первые два), с другой - прагматической точкой зрения, что только при выполнении этих критериев в сновидении появляется возможность проводить заранее запланированные экспериментально-феноменологические исследования (см. раздел 2.1). Возможность проведения таких исследований открывает совершенно новые перспективы в современной науке о сознании и о сновидениях.

В этом выпуске нашего журнала содержится множество наглядных примеров осознанных сновидений, которые позволяют наполнить жизнью несколько абстрактное вводное объяснение понятия осознанного сновидения. Читатель, у которого пока не было опыта осознанного сновидения, может составить для себя наглядное представление об этом явлении, если попытается представить, что все, что в настоящий момент доступно для его восприятия - это просто сон, в частности, что его собственное, четко ощущаемое тело - это лишь тело сновидения, тогда как его физическое тело, которое не получает никакой информации от органов чувств, лежит в постели и спит.

Осознанные сновидения иногда действительно бывают поразительно неотличимы от реальности; но, что для нас еще более важно, они могут нести скрытое символическое содержание. В последнем - часто встречающемся - случае мы будем говорить о символизме, в котором проявляется Самость. Так же, как в привычном нам мире бодрствования, несмотря на различные искажения, вносимые органами восприятия, мы можем с их помощью получать важную информацию о физическом мире, так и символический мир сновидений, несмотря на символическую "маскировку", может дать нам важную информацию о нас самих, об особенностях нашей личности, а также о нашей внутренней и психосоциальной ситуации. И аналогично тому, как в бодрствовании мы можем предпринять такие действия, которые позволят нам избавиться от искажений органов чувств, так и в символическом мире сновидений можно научиться понимать, что скрывается за символической маскировкой, если действовать в ясном состоянии сознания. В обыкновенном сне такое невозможно. Фрейд был очень даже прав, утверждая, что сновидения - это царский путь к бессознательному. Однако что толку, если человек идет по этому пути с мутным сознанием и не отдает себе отчета в своих действиях, а сразу после пробуждения рассказывает свои (еще более мутные) воспоминания о сне психотерапевту, который подбирает к ним ассоциации? Будет гораздо лучше, если человек, обладая ясным сознанием и хорошей памятью, будет способен самостоятельно истолковывать символические явления, что позволит ему достигнуть глубокого понимания своих душевных проблем достичь и будет способствовать его саморазвитию и творческой деятельности.

Я придаю исследованиям и практическим применениям осознанных сновидений особо важное значение, и не только по историческим соображениям, поскольку я был первым, кто провел научные эксперименты в этой области, но и по более важным причинам. Это прежде всего связано с отличием осознанных сновидений от обычных. Укажем здесь ряд преимуществ осознанных сновидений по сравнению с такими родственными им феноменами, как медитация или активное воображение (которые мы также считаем полезными, и которые также будут обсуждаться в нашем журнале):

1. Самое важное преимущество осознанных сновидений перед медитацией и активным воображением состоит в том, что они не отнимают у нас дневного времени.
2. Еще одно важное преимущество осознанных сновидений в том, что они более действенны в плане оздоровления и саморазвития по сравнению с другими методами. Это, в частности, связано с большей степенью реалистичности осознанных сновидений, в которых ощущения могут быть настолько же реалистичными, как и в бодрствовании.
3. Осознанные сновидения характеризуются большей степенью взаимодействия полушарий мозга, чем другие состояниях сознания, что создает благоприятные условия для исследований сознания и предпосылки для творческой деятельности.
4. Специальные упражнения позволяют увеличить продолжительность осознанных сновидений, и в конечном итоге они могут даже занять всю физическую фазу сна. Одновременно путем упражнений можно добиться повышения степени осознанности, и в конечном итоге это может привести к духовному пробуждению в состоянии физического бодрствования, о чем различные древние духовные учения говорили еще тысячу лет тому назад.

Для последнего утверждения трудно привести убедительное обоснование, поэтому критически настроенный читатель вполне может отнестись к нему скептически. Однако всем достаточно ясно, что в обыкновенных снах мы наше состояние сознания замутнено и спутанно, поэтому не так уж трудно предположить, что и в обычном состоянии бодрствования мы находимся в состоянии замутненного сознания, из которого нам следует "проснуться" (см. по этому поводу раздел 3). Но это предположение, которое было известно еще много веков назад, в наших исследованиях находит многообразные экспериментальные научные подтверждения, о чем еще будет сказано в дальнейших публикациях. Кроме того, мы в наших дальнейших научных работах дадим еще более конкретные разъяснения, по поводу того, как связано осознание во сне с "пробуждением" в реальном мире, руководствуясь которыми, всякий ответственный исследователь сможет проверить эффективность наших методов, причем мы, само собой разумеется, будем благодарны за любые замечания положительного или отрицательного характера.

2. ИССЛЕДОВАНИЯ СОЗНАНИЯ.

2.1. Преимущества, которые дают феноменологические методы при исследованиях сознания.

После этих разъяснений, которые носили интуитивный характер, и которые частично уже можно использовать на практике, рассмотрим теперь различные подходы к исследованию сознания. Основным и важнейшим методом для этого является феноменология (что буквально означает "изучение явлений"), то есть наблюдение и описание различных происходящих на опыте явлений. При наблюдениях за явлениями мы руководствуемся феноменологическим требованием, которое было впервые сформулировано И. В. Гете в его работах по науке и искусству (см., например, его "Беседы с Эккерманом"). Формулировку этого требования мы заимствуем у гештальт-теоретика В. Метцгера (Metzger[1975,12]), который, в свою очередь, ссылается на Гете: "Наблюдаемые явления следует просто принимать так, как есть; даже если они кажутся необычными, неожиданными, нелогичными, абсурдными, противоречат общепринятым представлениям или привычному ходу мысли. Нужно описывать явления, избегая всяких ссылок на уже известное, ранее изученное, "само собой разумеющееся", основные понятия, требования логики, избегая языковых штампов и неточных выражений. Нужно с любовью и трепетом относиться к наблюдаемым явлениям, но с удвоенной подозрительностью - к использованию всевозможных понятий и предположений для их объяснения". Любовь к наблюдаемым явлениям, о которой тут идет речь, не ослепляет, как говорит пословица, а совсем наоборот, придает нам зрение, по выражению Гете.

Изучая сознание, мы должны не ограничиваться чистым наблюдением явлений, но сделать еще один шаг вперед, перейдя к интерсубъективно понимаемому языку.

Это можно пояснить на следующем примере: в бодрствовании мы можем, указывая с помощью слов или жестов на определенные явления, вводить понятия для их описания (например: цвет этого материала называется "фиолетовым"). При этом мы, естественно, не можем быть совершенно уверенными в том, что то, что считает "фиолетовым" один человек в точности совпадает с тем, что считает "фиолетовым" другой, о чем говорил Карл Дункер в одном из своих ранних сочинений (1932/33 г.). Однако мы (по крайней мере, различающие цвета люди) можем упорядочить всевозможные цвета по определенному правилу, например, так, чтобы "фиолетовый" при упорядочении цветов находился между "красным" и "синим", в соответствии с тем, что при восприятии эти цвета кажутся близкими. Таким способом можно достичь интерсубъективного объединения структурных признаков сознания, понимаемого в смысле феноменологического мира.

Конечно,сознание в различных состояниях существенно различно, поэтому то, о чем говорит человек, находящийся в одном состоянии сознания, может не понимать человек, который находится в другом. Чарльз Тарт в своей работе (Tart[1972]) говорил о том, что при изучении специфических состояний сознания имеет смысл, чтобы руководитель эксперимента находился в том же состоянии, что и его участники. При этом, конечно, необходимо, чтобы эти исследователи, находясь в соответствующем состоянии, были способны общаться друг с другом. В состоянии сна, например, это невозможно. Здесь неизбежно приходится опираться на свои воспоминания.

Все это относится и к состоянию осознанного сна, которое, конечно, в этом смысле, мало отличается от состояния сна обычного. Хотя в осознанном сне все же можно передавать некоторую, хотя и скудную, информацию "наружу", например с помощью условных движений глаз (см. ниже). Кроме того, отчеты об осознанных сновидениях обычно включают в себя не только непосредственные воспоминания происходивших там явлений, но и различные оценки этих явлений, например, о том, что имело место ощущение боли, можно судить только по тому, что человек утверждает, что испытывал боль.

Для описания различных неизвестных явлений в отвлеченной форме может быть полезным определение внутренних, то есть феноменологических ситуаций, при которых происходят эти явления. Кроме того, неизвестные явления могут описываться с помощью метафорических выражений, в которых используется их сходство с явлениями известными, так что те люди, которые имели похожий опыт в таком же состоянии сознания, без особых затруднений понимают эти интерсубъективно понятные языковые выражения. При этом нужно помнить, что такому описанию поддаются только основные структурные факты, в то время как все многообразие встречающихся в жизни явлений простирается далеко за пределы того, что возможно описать, что хорошо понимали все великие ученые и деятели искусства, в особенности Гете.

Но, по меньшей мере в определенной степени, интерсубъективное понимание все таки эффективно, и в ходе исследований при наличии обратной связи эта эффективность может непрерывно улучшаться, что является предпосылкой для нашего третьего шага, который ведет нас к систематическому интерсубъективному описанию явлений. Здесь очень уместно отделить феноменологические методы от методов интроспекции или самонаблюдения, которые используются главным образом в ассоциативной психологии. Кроме того, при наивной гносеологической позиции под интроспекцией (что буквально означает: взгляд вовнутрь) понимают только наблюдение за так называемыми внутренними явлениями (мысли, представления, чувства и т.д.). Имеются также сенсуалистические и атомистические течения, (см. также статью Дункера), сторонники которых стремятся обнаружить так называемые элементарные ощущения, представления и чувства, которые, естественно, нужно рассматривать как процессы мозговой деятельности. Это не вписывается в рамки феноменологического требования, согласно которому феноменологические факты следует рассматривать как целостные, что также было замечено еще Гете задолго до возникновения гештальт-теории, в которой используется этот принцип. Гете также пытался совместить феноменологию с чистым описанием явлений (см. прежде всего его "теорию цвета"), что в конце концов привело в гештальт теории к развитию экспериментальной феноменологии или феноменологических экспериментальных методов, которые лежат в основе важнейших исследовательских стратегий этого научного направления.

Хотя до сих пор гештальт-теория в своих экспериментальных феноменологических исследованиях изучала в основном обычное повседневное состояние сознания, принятые в ней исследовательские принципы, соответсвующим образом видоизмененные, применимы и для изучения ИСС, в особенности осознанных сновидений. При проведении экспериментов в осознанных сновидениях нужно стремиться к тому, чтобы руководитель исследований инструктировал участников согласно заранее намеченному плану, что они должны выполнить в своих осознанных сновидениях. Участники должны понимать, каким образом им следует видоизменять их действия, наблюдать, какой эффект эти действия оказывают на ход сновидения, и записывать содержание сна сразу же после пробуждения. Таким образом можно выявить универсальные закономерности, которые послужат для объяснения и предсказания хода различных сновиденных явлений. Конечно, в ходе такого объяснения и предсказания хода событий часто используются так называемые квазифеноменологические конструкты (Bischof[1965,стр.38]), например, такие конструкты, как "бессознательное" или "психологическое сопротивление", заимствованные из психоанализа. В основе этих конструктов сами лежат определенные психологические факты, что приводит к существованию тесной связи между феноменологическими и физиологическими явлениями. Поэтому очень важно, чтобы феноменологические эксперименты сопровождались также физиологическими наблюдениями. Это позволит проверить различные психофизиологические гипотезы относительно связи феноменологических и физиологических явлений. Вот один пример (Tholey[1977]): я инструктировал одного опытного дримера, как нужно варьировать свои движения глаз и свое поведение во сне, чтобы выполнить определенный план. В результате этих экспериментов удалось проверить целый ряд гипотез о том, как движения глаз в сновидении влияют на его дальнейший ход. Все результаты говорили о том, что существует связь между таким субъективным явлением, как перемещение взгляда во сне и таким объективно регистрируемым явлением, как движения глаз. Отсюда мне удалось сделать такой, имеющий революционное для современных исследований сновидений значение вывод, что совершая в сновидениях заранее обусловленные движения глаз, можно передавать информацию во "внешний" мир, что открыло совершенно новые перспективы в изучении сновидений. В нашем журнале мы еще неоднократно остановимся на этом. Здесь же этот факт просто показывает, насколько важными являются экспериментальные феноменологические методы.

Прежде, чем продолжать обсуждение исследовательских методов, важных для исследования сознания, и их связей с феноменологией, мы хотели бы еще раз перечислить важнейшие принципы феноменологии:

1. Максимально непредвзятое наблюдение за явлениями.
2. Выработка интерсубъективно понятного языка для описания явлений.
3. Систематическое интерсубъективное описание феноменологических явлений.
4. Применение экспериментально-феноменологических методов для определения универсальных закономерностей, которые можно будет затем использовать для объяснения и предсказания хода феноменологических явлений и их связи с физиологическими явлениями.

2.2. Феноменологические и "натурфилософские" методы исследования сознания.


На примере движений глаз в сновидении мы уже видели тесную связь между феноменологическими и физиологическими явлениями. Научная область, которая изучает такие связи, называется психофизиологией или психофизикой, причем еще различают "внешнюю" и "внутреннюю" психофизику. Последняя имеет дело непосредственно с физическими процессами, обеспечивающими наличие сознания в мозге. Она недостаточно хорошо описана и сталкивается с различными философскими проблемами, но по понятным причинам представляет бОльший интерес для исследователей сознания, чем внешняя психофизика.

Сознание изучается двумя способами: с одной стороны феноменологически, а с другой - нейрофизиологически. При этом нельзя забывать преимущества феноменологии, единственной в своем роде экспериментальной науки, которая имеет непосредственный доступ к предмету своего изучения, то есть к сознанию или феноменологическому миру. Нейрофизиологи, как и другие представители так называемых точных наук, делают свои выводы на основании скудной и искаженной информации, которую они получают от органов чувств и измерительных инструментов. Поэтому нейрофизиологии еще далеко до того, чтобы сколько нибудь полно объяснить всю полноту и разнообразие воспринимаемого мира, с которым имеет дело феноменология. О контрасте между бледными и убогими результатами нейрофизиологии и богатством феноменологических выводов мы будем говорить еще неоднократно, сейчас же просто заметим, что повседневный мир является просто ширмой, за которой скрывается поразительное многообразие явлений, доступных в "высших" состояниях сознания. Само собой, мы нисколько не стремимся преуменьшить успехи нейрофизиологии; это невозможно уже потому, что мы сами оприаемся в своей работе на ее результаты и достижения. Укажем также очень полезную для исследований сознания рабочую гипотезу,утверждающую, что имеется изоморфизм между феноменологическими процессами и отражающими их процессами в головном мозге, то есть точное соответствие их динамических структур (см. подробности в разделах 1.5 и 1.6 моей следующей статьи). Эту теорию выдвинул Вольфганг Келер в своей книге "Физические образы", вышедшей в 1920 г. Там он подробно показал, что образы и целенаправленные процессы встречаются не только в психической, но и в физической области. Конечно, на это указывал уже Гете (например, в своей книге "Избирательное сродство"). Динамическое понятие гештальта (образа), который используется в гештальт-теории, и которое следует отличать от статического понятия формы, кстати, также принадлежит Гете. Поэтому совершенно естественно, что Вольфганг Келер выбрал в качестве эпиграфа к своей книге высказывание Гете "Что внутри, то и снаружи" (хотя Гете понимал это утверждение в несколько ином смысле, как мы увидим далее).

Помимо феноменологии и физиологии, свой вклад в междисциплинарное изучение сознания вносит еще этология (наука о поведении - область науки, которая существует на стыке психологии и биологии). Наблюдение за поведением особенно важно, когда мы, оставляя область человеческого сознания, обращаемся к изучению аналогов сознания других биологических видов, например зверей. Хотя мы и можем делать попытки изучения сознания других видов с научной точки зрения, аналогично тому, как мы изучаем собственное сознание, языковое общение с изучаемыми животными невозможно. Однако мы можем получить важную информацию о сознании других живых существ, делая различные предсказания относительно их поведения на основе феноменологических наблюдений и пытаясь подтвердить эти предсказания экспериментально. Феноменологию поведения людей и животных изучал гештальт-теоретик Вольфганг Келер во многих из своих превосходных работ (см.напр. Köhler[1933]) К этому еще можно прибавить, что в осознанных сновидениях человек очень восприимчив к мыслям, эмоциям и намерениям других спрайтов, которые представляют собой часть его внутреннего мира. Этот внутренний мир проецируется в (феноменологический) внешний, так что мы в сущности имеем дело с проявлениями своих ообственнных свойств. Именно это подразумевал Гете в своем высказывании, которое уже цитировалось выше: "что внутри, то и снаружи") (см. по этому поводу Bischof[1965], стр.39, прим.11). Мы в нашем журнале еще вернемся к обсуждению важных, но очень сложных вопросов, связанных с этими явлениями проекции внутреннего мира во внешний, которые изучает малоизвестная ныне область, психология выражений (Ausdruckspsychologie). В связи с изучением поведения мы еще настоятельно хотели бы заметить, что бессознательное, которое неразрывно связано с сознанием, проявляется не только феноменологически, например, в содержании сюжетов сновидения, но также и в симптомах поведения, например, в явлении так называемых "оговорок по Фрейду"

До сих пор мы, рассматривая естественнонаучные методы исследования сознания, прежде всего говорили о таких научных областях, которые имеют дело с изучением живой природы. Теперь обратимся к современной физике, которая, хотя и имеет предметом своего изучения природу неживую, предоставляет нам множество поразительных новых подходов к изучению сознания. Фундаментальные физические исследования, направленные на изучение как мельчайших частиц, так и на изучение всего космоса, дают нам глубокое понимание тесной связи между "духом" и "материей", о которой говорилось еще в древних дальневосточных учениях. Не удивительно, что для нас это представляет особый интерес. Гештальт-теорию, между прочим, всегда хорошо воспринимали физики-теоретики (в отличие от техников, которые пытаются объяснить поведение человека с помощью своих моделей "бездушных" машин и роботов). Здесь проявляется особое положение и методологическое преимущество феноменологических методов исследования сознания; они также имеют любопытные аналогии с дальневосточными учениями (содержащими некоторые любопытные метафизические предположения, которые можно перенять). Вот поясняющий пример: в нашем столетии была изобретена голография, в основе которой лежит модель, имеющая аналогии с древними религиозными и мистическими учениями тысячелетней давности, в которых провозглашался принцип "все целое содержится в каждой части, и каждая часть содержится в целом". Конечно, было бы неверно рассматривать открытие и изучение голографических структур в физике рассматривать, как "доказательство" существования подобных структур в человеческом сознании. Но не менее абсурдным было бы игнорировать существование аналогий между явлениями, которые подтверждаются в ходе феноменологических экспериментов, хотя для их описания и не существует точной физической модели. В качестве примера можно привести исследования по "сновиденной телепатии"
(Ullmann, Krippner & Vaughan[1977]). Мы хотим этим сказать, что физика всегда "взаимосвязана" с феноменологией, и попытки найти эвристические аналогии между физическими моделями и феноменологическими результатами всегда являются очень плодотворными. Тут приходит на ум сравнение со сказкой про ежа и зайца: физик, подобно зайцу, вынужден всегда бежать следом за свернувшимся в клубок ежом-феноменологом, но при этом будет всегда предупреждать его, чтобы тот не свернул на неправильный путь, потому что ему лучше видно, что происходит вокруг и куда катится еж-феноменолог. К сожалению, однако, сегодня ни один порядочный физик не знает, какую большую и трудную работу проделала в этом столетии экспериментальная феноменология, прежде всего в рамках гештальт-теории.

2.3. Феноменология и гуманитарные исследования сознания.


Несколько более прямолинейный, чем естественнонаучный, подход к изучению сознания, к тому же возникший раньше, представляют собой методы гуманитарные. Хотя предметом их изучения является не непосредственно сознание, а прямо связанные с ним виды человеческой деятельности, такие, как язык, произведения искусства, мифы, сказки, короче говоря, продукты культуры различного рода, которые можно рассматривать, как проявления некоего "объективного духа", который, в свою очередь, порождается "субъективным духом", то есть сознанием людей. Когда речь идет об исследованиях состояний таких состояний сознания, как медитация, обычные и осознанные сновидения, в которых важны проявления символического мира, мы видим тесную связь с многочисленными гуманитарными науками, в которых символизм также играет важную роль, и это дает нам возможность воспользоваться методами этих наук для понимания символов. Здесь опять же ценны основные феноменологические принципы Гете, которые заключаются в том, что произведениям искусства (а сновидения тоже можно рассматривать, как искусство) следует позволить говорить самим за себя, и не спешить рассматривать их сквозь убогую призму различных догматических теорий. Мы хотим при этом подчеркнуть, что не находим никаких фундаментальных противоречий между естественными и гуманитарными науками. Действительно, не принадлежит ли "дух", о котором рассуждают в гуманитарных науках, к явлениям природы? Хотя методы гуманитарных наук несколько отличаются от методов естественных, эти расхождения не принципиальны. Как гуманитарные, так и естественные
науки стремятся к объяснению и достижению понимания изучаемых предметов, так что между их представителями нет таких серьезных противоречий, как иногда считают.

Особо важную роль в изучении сознания играет философия, которая в определенном смысле более универсальна, чем так называемые узкоспециальные научные области, поскольку она позволяет прояснить основные гносеологические понятия, необходимые для изучения сознания. Поэтому результаты таких областей философии, как теория познания, проблематика души и тела, теория науки играют фундаментальную роль в любом исследовании сознания, независимо от того, осознает ли это сам конкретный исследователь, или нет. Можно перечислить и огромное количество других наук, которые также имеют более или менее прямое отношение к исследованиям сознания. Однако мы позволим представителям этих наук самим указать на эти связи, что вряд ли вызовет у них какие либо затруднения.

2.4. Ненаучные подходы к исследованию сознания.


Как пример ненаучного подхода к исследованию сознания, можно привести духовные учения, для обозначения которых часто используется термин "Philosophia Perennis" ("вечная философия"), который первоначально ввел Стевко в 1540 г., затем этот термин использовал Лейбниц, но широкое распространение он получил после выхода в свет книги А. Хаксли "Perennial Philosophy" в 1946 г. Хаксли в этой своей замечательной работе проводит мысль, что в философских, религиозных и психологических учениях различных культур, которые принято считать "примитивными", содержатся универсальные темы, которые постоянно повторяются в других философских, религиозных и психологических течениях разного рода. Хотя мы не можем проследить метафизические корни этих учений, в ходе наших исследований сознания обнаруживаются поразительные сходства с описываемыми в них явлениями, и поэтому мы склонны к тому, что эти течения следует внимательно изучать, несмотря на то, что опытные факты, которые там можно найти, несколько иначе выглядят в нашей картине мира.

Кроме того, вышеупомянутые учения частично пересекаются с оккультизмом, к которому относятся такие недоступные сегодня для широкой публики тайные учения, как магия, теософия, различные эзотерические направления, спиритизм и т.д. Различные картины мира, лежащие в основе этих течений, по нашему мнению, не слишком отличаются от мировоззрения "вечной философии". Однако в оккультизме, особенно в магии, мы нашли целый ряд практических методов, которые - в демистифицированной форме - нашли применение в наших исследованиях сознания. В этом нет ничего удивительного, поскольку магию можно рассматривать, как искусство достижения измененных состояний сознания (см. по этому поводу статью Клауса Стиха).

Однако во всех других смыслах мы решительно дистанцируемся от оккультизма разного рода. Лично я считаю, что все результаты любых исследований следует делать доступными для всех желающих, снабжая их, конечно же, добросовестными предупреждениями о возможных последствиях. Если результаты своих исследований не станут обнародовать ученые, это сделают оккультисты, что приведет к распространению опасных практик, которыми станут руководить шарлатаны, и которые будут наносить тягчайший духовный вред их участникам. Сегодня совершенно необходимо решительно воспрепятствовать распространению шарлатанства во всех его проявлениях. До сих пор с научной точки зрения оккультные явления пытались рассматривать только специалисты, изучающие парапсихологию, тогда как другие ученые не рискуют связываться с этой "пограничной" или "родственной" областью знаний. Тем не менее, оккультизм связан с такими вопросами, которые всегда находятся в центре внимания людей. Поэтому не угасает интерес к оккультным практикам, которые, когда их проводят шарлатаны, принимают такие извращенные формы, как ритуальные убийства. Для борьбы с подобными явлениями недостаточно, чтобы ученые пренебрежительно относились к ним, как к "обскурантизму", но необходимо, чтобы они давали им научно обоснованные объяснения. Но когда ученые, например, психологи боятся прикасаться к оккультным явлениям, то они сами впадают в обскурантизм, и в результате оккультные течения активно процветают, вторгаясь в такие области, как образование, что полностью выходит за всякие возможные рамки.

3. ОСОЗНАНИЕ СЕБЯ.


Под заголовком "Осознание себя" (bewußt sein), который совпадает с названием нашего журнала, скрывается фундаментальная идея, которая, как уже упоминалось во введении, представляет собой основную цель наших исследований сознания: осознавая себя, мы открываем возможности для творческой деятельности во всех областях внешнего и внутреннего мира, и избавляемся от автоматического функционирования, корни которого лежат в эгоцентрической картине мира. Этой цели, которая (в несколько других выражениях) была сформулирована Метцгером, нелегко достичь в нашем цивилизованном обществе, в котором на протяжении по крайней мере четырехсот последних лет преобладает именно эгоцентризм. Здесь можно упомянуть статью, написанную Эрихом Шмидтом (Schmidt[1980]). В ней он описывает "жизненный идеал" современного человека, "который руководствуется дилетантизмом, чистым эгоизмом, не заботится о познании мира и окружающих его людей, и избегает всяких осознанных действий и мыслей".

Если же мы захотим изменить такое отношение к жизни, что, возможно, уже пытался делать читатель, и попытаемся следовать образу мыслей и действий Вильгельма Майстера (героя произведения Гете), то перед нами прежде всего встанет вопрос, как можно в своей повседневной жизни научиться осознавать себя и избавиться от автоматизма в своих действиях. Чтобы ответить на этот вопрос, чего мы здесь не сможем сделать в совершенно исчерпывающей форме, вспомним прежде всего шесть критериев осознанности, которые приводились в разделе 1.3 при обсуждении отличий осознанных сновидений от обыкновенных. Те же самые критерии мы можем применить для определения степени осознанности в бодрствовании. Упоминания о них встречаются уже в древних духовных учениях, религиях и писаниях, в которых обсуждается ключевая мысль о "пробуждении".

Мы придерживаемся того мнения, что в обычном состоянии бодрствования эти критерии не выполнены, что попытаемся показать детально в следующей подробной форме:

Относительно критерия (1): Мы обычно не осознаем, что в бодрствовании мы воспринимаем лишь феноменологический мир, который является искаженной копией реального не только в силу несовершенства наших органов чувств, но и в силу нашей эгоистической позиции, которая делает для нас незаметными наши собственные недостатки, которые "проецируются" на других людей.

Относительно критерия (2): Мы обычно не осознаем всего многообразия наших собственных возможностей, и функционируем как автоматы, роботы или марионетки.

Относительно критерия (3): По сравнению с тем, что мы должны считать ясным сознанием, мы проводим свою обычную жизнь в состоянии помутненного сознания, искаженного суетливыми заботами повседневного существования или суженного различными догматическими представлениями.

Относительно критерия (4): Мы не знаем, что мы представляем собой на самом деле, но находимся в плену фальшивых представлений о самом себе, которые приводят к образованию маски, за которой мы прячемся не только от других людей, но и от самих себя; фактически наши реальные желания и побуждения нам настолько же мало известны, как мысли и мотивация других людей, поскольку они определяются бессознательными потребностями и желаниями.

Относительно критерия (5): Мы настолько сильно заняты своим эгоизмом, что весь воспринимаемый мир стремимся рассматривать сквозь призму наших эгоистичных целей, не замечая ничего, что не вписывается в их рамки, что сужает диапазон восприятия нашего внутреннего и внешнего мира.

Относительно критерия (6): Мы совершенно не понимаем смысла того, что происходит вокруг нас, а также и смысла наших собственных действий. Мы полностью утратили интуитивное чувство понимания символизма, который во множестве разнообразных форм проявляется и в бодрствовании.

Весь этот список выглядит довольно сурово, однако в нем отражено не только наше мнение: все это известно еще со времен Philosophia Perennis. Столь негативный образ человека мы нарисовали не для того, чтобы вселить пессимизм, но совсем напротив, в надежде на возможность изменения любого обычного человека, чтобы указать путь, позволяющий ему обнаружить скрытый и неправильно используемый потенциал, который мы все обладаем, и дать возможность правильно им воспользоваться.

В этом плане мы согласны с Чарльзом Тартом, который взял написал по этому поводу в своей книге (Tart[1988]): "Необходимо проснуться и осознать себя. Путь к раскрытию потенциала человека лежит через осознание себя". Он говорит в этой книге, что прежде всего человеку нужно осознать, что его обычное состояние подобно состоянию транса или сна, из которого необходимо проснуться. Можно выразиться более образно: чтобы дать возможность цвести цветам, мы сначала должны выполоть сорняки. Конечно, у Тарта, который сам находился под сильным влиянием армянского оккультиста Г.И. Гурджиева, несколько другой подход к осознанию себя, чем у нас. Его методы пригодны главным образом для осознания себя в состоянии физического бодрствования.

Наш подход похож на подход Тарта, но, по нашему мнению, он более эффективен. Хотя мы также стремимся к похожей цели, то есть к осознанию себя в повседневной жизни, но в нашем подходе первостепенное значение имеет достижение осознанности во сне, что позволяет нам, по образному выражению Тарта, выполоть сорняки, которые растут у нас в голове, то есть неосознанные конфликты, которые замутняют наше сознание и приводят к тому, что мы спим в своей повседневной жизни. Наша цель состоит в том, чтобы стать осознанными в обоих мирах - в реальном и в сновиденном мире, и достигнуть ясного осознания своих собственных действий и действий других людей.

Следовало бы указать практические области, в которых может оказаться плодотворной осознанность, к достижению которой мы стремимся. В нашем журнале мы еще неоднократно будем обсуждать различные практические результаты, однако их число столь огромно, что совершенно невозможно в одном месте кратко обсудить их все. Осознание себя представляет исключительную важность как для любого индивидуума, так и для любой группы людей, какие бы конкретные цели они перед собой не ставили.

Мы смотрим на мир сквозь призму наших личных предубеждений, которые искажают его образ, что приводит к тому, что мы субъективно воспринимаем все основные процессы нашего мира и действия тех живых существ, которые в нем обитают. Эти субъективные искажения необходимо устранить, чтобы мы смогли двигаться вперед. Однако обычно мы не замечаем этих искажений, даже если они приводят к катастрофическим последствиям. Чтобы наглядно проиллюстрировать наши программные высказывания, мы хотели бы привести важную цитату из иносказательного эзотерического романа Густава Майринка "Зеленый лик", вышедшего в 1916 г.:

"Все дело в том, чтобы проснуться. Ничто не придает человеку такой твердой уверенности в себе, как бодрствование; тем не менее обычно он опутан сетью, которую сам же и сплел из своих иллюзий и снов. Эта сеть тем прочнее, чем могущественнее сила сна; те, кто попался в эту сеть, спят, и их жизнь течет как у домашнего скота, они становятся тупыми, ко всему равнодушными и неспособными думать.

Эти спящие видят вокруг себя искаженный мир - они замечают только обманчивые обрывочные картинки, устремляются к ним и не понимают, что эти образы - только бледные слепки огромного, могущественного целого. Эти спящие - это вовсе не какие нибудь фантасты или поэты, которые обладают живым, прилежным, беспокойным умом, и которых тяготит бессмысленность жизни; они напоминают безобразных жуков, которые усердно ползут вверх по гладкому стеблю, а когда доползают до вершины - сваливаются вниз. Им кажется, что они бодрствуют, но все, что они ощущают - на самом деле только сон, сюжет которого точно предопределен до мельчайших подробностей и на ход которого они своей волей не могут повлиять.

Некоторые люди понимали совершенно четко, и пытались объяснить другим людям, что они спят... Это осознавали, например, Гете, Кант и Шопенгауэр, но их голос не смог пробудить спящих.
Все дело в том, чтобы проснуться. Первый шаг к этому столь прост, что его сможет сделать любой ребенок: нужно только научиться прямо ходить, перестав хромать на обе ноги, и выкинуть костыли, которые достались от предков.
Все дело в том, чтобы проснуться. Относись осознанно ко всему, что ты делаешь. Ты не просто спишь, но видишь сон. Пойми это, соберись с мыслями, и заставь себя сконцентрироваться только на чувстве пробуждения: "я хочу проснуться!""

В этой цитате говорится о том, как можно сделать первый шаг по пути к осознанию себя, шаг во внешнем мире. Затем даются и советы относительно следующих шагов, которые уже совершаются во внутреннем мире, но в отличие от нашего подхода, в котором используются сновидения, у Майринка рекомендуется медитация. Несмотря на это, методы, которые использует главный герой романа по имени Хаубериссер, имеют много сходства с нашими. Без сомнения, сам Майринк хорошо знал то, о чем он писал. Ему приходилось проявлять необыкновенную бдительность, имея дело с "отвратительными жуками", о которых он пишет.

Если в следующей цитате эзотерические высказывания о "потустороннем" и "земном" мире мы, соответственно нашему пониманию, заменим на "внутренний" и "внешний" мир, то в заключении романа мы сможем обнаружить ключевую мысль по поводу того, чего может достичь человек:

"Подобно двуликому Янусу, Хаубериссер мог одновременно видеть как потусторонний, так и земной мир, ясно различая в них мельчайшие подробности: он существовал и в том, и в другом мире."

ЛИТЕРАТУРА:


1. Bischof. N. (1966) Erkenntnistheoretische Grundlagenprobleme der Wahrnehmungspsychologie. In W. Metzger (Ed.): Wahrnehmung und Bewusstsein (21-78). Handbuch der Psychologie, 1. 1. Halbbd. Göttingen: Hogrefe.
2. Duncker, K. (1932/33) Behaviorismus und Gestaltpsychologie. (kritische Bemerkungen zu CARNAPs ,.Psychologie und physikalischer Sprache"). Erkenntnis. 3. 162-176.
3. Goethe, J. W. von, Gesamtwerk.
4. Köhler. W. (1920) Die psychischen Gestalten in Ruhe und im stationären Zustand: Eine naturphilosophische Untersuchung. Braunschweig: Vieweg.
5. Köhler. W. (1933) Psychologische Probleme. Berlin: Springer
6. Metzger. W. (1962). Schöpferische Freiheit. Frankfurt/M: Kramer.
7. Metzger. W. (1965) Der Ort der Wahrnehmungslehre im Aufbau der Psychologie. In W. Metzger (Ed.) Handbuch der Psychologie, 3- 20. 1. Halbbd. Göttingen: Hogrefe.
8. Metzger. W. (1974. 5. Aufl.) Psychologie. Darmstadt: Steinkopff.
9. Meyrinck, G.: (1. Aufl. 1916. 2. Aufl. ohne Jahresangabe) Das grüne Gesicht. München: Knaur.
10. Popper. K. R. & Eccles. J. C. ( 1977) The self and its brain. Berlin. New York. London: Springer.
11. Schmidt. E. (1980) Vorwort zu Wilhelm Meisters Lehrjahre von Johann Wolfgang von Goethe. Frankfurt/M.: Insel.
12. Tart. C.T. (1969) Altered states of consciousness. New York. London. Sydney. Toronto: Wiley
13. Tart. C. T. 11972) States of consciousness Band states specific sciences. Science. 176. 1203-1210.
14. Tart, C. T. (1988) Hellwach und bewusst leben. Wege zur Entfaltung des menschlichen Potentials - die Anleitung zum bewussten Sein. Bern. München. Wien: Scherz.
15. Tholey, P. ( 1977) Der Klartraum. Seine Funktion in der experimentellen Traumforschung. In W. Tack (Ed.): Bericht über den 3(1 Kongress der Deutschen Gesellschaft für Psychologie in Regensburg 1976.376-378. Göttingen: Hogrefe.
16. Ulman. M.. Krippner. S. & Vaughan. A. (1977) Traumtelepathie. Telepathische Experimente im Schlaf. Freiburg; Breisgau.


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Phil
сообщение 13.3.2018, 11:06
Сообщение #67


Любитель
**********

Группа: Пользователи
Сообщений: 8 052
Регистрация: 22.4.2008
Пользователь №: 8 917
Знак Зодиака:
Страна:




Спасибо, судя по первому впечатлению, будет очень интересно, так что надо знакомиться со статьёй более подробно.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 21.3.2018, 2:17
Сообщение #68


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




Следующая статья, которую я взялся переводить, довольно большая по объему: там 40 страниц. Поэтому мне показалось, что лучше выкладывать перевод по частям. В статье всего три части, сегодня первая smile2.gif

Цитата
РАЗВИТИЕ СОЗНАНИЯ КАК ПУТЬ К ТВОРЧЕСКОЙ СВОБОДЕ: ОТ ДРИМЕРА К ВОИНУ.
Поль Толи

Впервые опубликовано в журнале Bewusst Sein Vol.1 No.1, 1989:25-56

ЧАСТЬ 1. ГЕШТАЛЬТ-ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ.
1.1. Вводные замечания.


Прежде, чем начинать рассказ про исследования необычных состояний сознания, описывать методы, теоретические принципы и гипотезы, на которых основываются эти исследования, мне хотелось бы немного рассказать про свое собственное мировоззрение. По невероятному и к тому же чисто случайному стечению обстоятельств, я, только начиная изучать психологию осенью 1958 г., уже узнал все то, что в дальнейшем сложилось у меня в единую, сложную картину мира. Прежде всего, кроме психологии я изучал и другие предметы, что в то время было вполне возможно и желательно. В начале семестра я слушал лекции по астрономии - предмету, который интересовал меня еще со школы. На этих лекциях я услышал о сложности и запутанности научных теорий и экспериментов, о различных мистических и религиозных представлениях, которые в конечном итоге привели к коперниканскому перевороту в астрономии: переходу от геоцентрической картины мира (в которой Земля была центром вселенной) к гелиоцентрической (в которой Солнце занимало центральное положение). Я узнал о том, какое важное значение в этом играли наблюдения движений планет, в особенности Марса, на поверхности которого астрономы потом еще обнаружили так называемые марсианские каналы. И вот, через короткое время я смотрел на звездное небо, и в особенности на Марс с его каналами, совершенно другими глазами, благодаря тому, что познакомился с гештальт-теорией.

Гештальт-теория возникла, как самостоятельное направление в психологии, благодаря трудам Вертхаймера, Келера и Коффки, в университете им. И. В. Гете во Франкфурте на Майне в 1912 г. С тех пор она получила международное признание, развившись в сложную теоретическую систему, которая проникла во всевозможные области научного знания. Гештальт-теорию не следует смешивать с так называемой гештальт-терапией Фритца Перлза, в которой используется небольшое число гештальт-теоретических методов, наряду с такими, которые не имеют никакого отношения к гештальт-теории либо находятся в противоречии с ней.

С содержанием гештальт-теории меня познакомили прежде всего Эдвин Рауш, мой преподаватель психологии, и Курт Коль, мой преподаватель спортивных наук. На коллоквиуме, который проводил Рауш, я впервые услышал про психологию сновидений К.Г. Юнга, с которой я затем ближе познакомился на его лекциях. Курт Коль вел занятия по боевым искусствам, рассказывал на них о важном значении процессов восприятия в спорте, и кроме всего прочего, о сходстве гештальт-теоретических и дзен-буддистских представлений. Поэтому я довольно быстро заинтересовался японской дзеновской концепцией воина. Оказалось, что между искусством сновидений, которым я стремился овладеть, и Путем Воина (бушидо) или боевым искусством (будо) существует тесная связь, хотя я это ясно понял лишь много лет спустя.

1.2. Гносеологический переворот.

Решающий шаг в формировании моего мировоззрения был вызван гносеологическим переворотом, который произошел в результате того, что мне нужно было ответить на вопрос, который нам, студентам, задали в самом начале нашего практикума по экспериментальной психологии. Этот вопрос звучал так: "Почему мы видим все окружающие нас предметы находящимися за пределами нашей головы, хотя все процессы, которые вызывают восприятие этих предметов, происходят именно внутри нее?"

Вопрос следовало обдумать и в конце семестра предоставить ответ на него в письменной форме. Меня так заинтересовал этот вопрос, что я стал очень интенсивно размышлять на эту тему, хотя вначале я и пошел по ложному пути, пытаясь ответить на него. И вот вдруг, когда я однажды пошел гулять, и при этом ни о чем особо не думал, а просто смотрел на осенний пейзаж, мне внезапно пришел ответ на этот вопрос. Я смотрел на мощный, большой дуб, и вдруг у меня возникла мысль, что это громадное дерево на самом деле может находиться у меня в голове. Эта мысль пришла внезапно, как бы с ясного неба, с Небес, если угодно. Мне вдруг стало ясно, что все, что я вижу, это просто образ, изображение реальных предметов в моей голове, там находится и это дерево, и голубое небо, и даже, что более важно, образ моей собственной головы тоже. Мне стало совершенно ясно, что в моей физической голове находится отражение всего объективного и интерсубъективно проявляемого мира - феноменологический, или воспринимаемый, мир. Различие между физическими и феноменологическими явлениями и приводило к разрешению кажущегося противоречия, которое содержалось в поставленном вопросе. Между тем обстоятельством, что данные о физических предметах которых поступают от органов чувств, и это приводит к возникновению физиологических процессов в физической голове, и тем, что воспринимаемые предметы находятся вне воспринимаемой головы, нет никакого противоречия.

Эту новую картину мира, к которой я пришел в результате описанного выше ключевого опыта, можно более точно описать в терминах гештальт-теории.

1.3. Критический реализм.

Мой гносеологический переворот привел к переходу от наивного реализма к реализму критическому. В основе критического реализма лежит проведение строгого различия между физическим миром, то есть Макрокосмосом, и феноменологическим (воспринимаемым) миром, или Микрокосмосом. В Макрокосмосе находится множество микрокосмосов, ровно столько же, сколько в нем находится обладающих сознанием живых существ. Когда физический организм находится в обычном состоянии бодрствования, физическое окружение, в котором он находится, воздействует на его внешние и внутренние органы восприятия, сигналы от которых поступают по нейронным каналам в некую гипотетическую область мозга (которая пока точно не локализована), называемую психофизическим уровнем (ПФУ), в которой происходят определенные физические и психические процессы, которые, в частности, приводят к возникновению "сознания" или "осознания явлений".

Феноменологический мир, который обычно разделяется на феноменологическое тело и его феноменологическое окружение, представляет собой (более или менее правильное) отражение физического организма и его физического окружения. Затруднение, которое нужно преодолеть, чтобы осознать, что воспринимаемые объекты носят характер отражения, состоит в том, что в повседневной жизни этот характер отражения совершенно незаметен (по крайней мере, заметить его очень трудно), так что даже довольно маститые ученые нередко путают феноменологические и физические объекты.

Конечно, к целостному феноменологическому миру относятся и различные психологические явления. Сюда относятся представления, мысли, чувства, проявления воли, а также различные телесные ощущения (например, чувство боли). Когда я рассказывал про свой опыт, говорил о том, что у нас в голове существует и образ нашей головы - этот образ имеет не объективный характер, а воображаемый.

Когда мы говорим, что воспринимаемый мир представляет собой отражение физического, то понимаем термин "отражение" в весьма широком смысле, имея в виду, что между физическим и воспринимаемым мирами имеется глубокое различие. Это не удивительно, если принять во внимание, как много информации теряется на долгом пути ее передачи от физического объекта в мозг, и сколько "искажений" привносится самим мозгом в результате, например, процессов, упорядочивающих информацию.

Чтобы наглядно проиллюстрировать различие между воспринимаемым и физическим миром, я бы хотел вновь вернуться к лекциям по астрономии, о которых я рассказывал. Как раз в тот день, когда они начались, на занятиях по психологии я услышал про книгу Вольфганга Метцгера "Процессы зрительного восприятия" (Metzger[1953]). В этой книге Метцгер утверждает, что так называемые "марсианские каналы" представляют собой не результаты деятельности инопланетного разума, а результаты деятельности мозга людей, обитающих на Земле. Воображаемые марсианские каналы представляют собой не что иное, как оптический феномен, известный под названием "мостовые линии" ("Brückenlinien"), и который вызывается процессами, упорядочивающими информацию, поступающую от органов восприятия. Эти же процессы приводят к тому, что мы подразделяем воспринимаемое нами ночное небо на созвездия, что не имеет никакого отношения к пространственному подразделению астрономического космоса. Тут можно еще сказать об изменениях фазы Луны, которые тоже вызываются не астрономическими, а психологическими процессами.

Пользуясь языком трансцендентального идеализма Канта, можно сказать, что гносеологический переворот, который у меня произошел, состоял в осознании того, что предметы нашего воспринимаемого мира описываются не объективными (то есть независимыми от познающего субъекта) законами, а законами нашего познания. Конечно, воззрения Канта очень сильно отличаются от гештальт-теории. В то время, как Кант в духе своих идеалистических представлений полностью отрицал познаваемость "вещи в себе", гештальт-теория в духе представлений критического реализма утверждает принципиальную познаваемость объективного или трансфеноменального мира, хотя и критически считает, что эта познаваемость ограничивается особенностями субъекта.

1.4. О переживании себя.


Под выражением "я", "эго" могут пониматься очень разные вещи. В дальнейшем мы будем рассматривать понятие эго только с феноменологической точки зрения. В рамках гештальт-теории проводится различие между телом эго, то есть воспринимаемым телом, и центром эго, или ядром эго, расположение которого обычно ощущается позади лба, посередине между глазами.

Чтобы пояснить это, рассмотрим, чем отличается феноменологический процесс зрения от физического. Из физики и физиологии нам известно, что зрительное восприятие основано на том, что лучи света, которые отражаются от различных предметов, попадают затем на сетчатку обоих глаз. В феноменологическом же мире, наоборот, мы смотрим на предмет, причем не каждым глазом по отдельности, а как бы одним, который расположен посредине лба. Для обозначения этого явления говорят о "глазе циклопа", по аналогии с греческим мифом о циклопе, гиганте, у которого был единственный круглый глаз на лбу. За этим "глазом циклопа" и располагается обычно "ядро эго", или просто "эго", как мы будем говорить в тех случаях, когда это не сможет привести к неправильному пониманию. Ядро эго является точкой, из которой исходит луч зрения, определяющий перспективу зрительного восприятия, а также является центром волевых действий, в тех случаях, когда эго может их предпринимать. Конечно, мы обычно не замечаем границы поля зрения и направление перспективы зрительного восприятия, воспринимая все окружение как целое, хотя нам видна только определенная его часть.

Однако в определенных случаях эго может изменить свое местонахождение в теле, и даже, если принимать во внимание так называемый внетелесный опыт (ВТО), может выходить за пределы тела, входить в тела других спрайтов, разделяться на несколько частей или полностью исчезать; ниже мы приведем примеры, иллюстрирующие все эти случаи. Само собой, с точки зрения критико-реалистической гносеологии, все эти явления происходят только в феноменологическом мире. Если, скажем, человек летит в космос в своем "астральном теле", то на самом деле он путешествует лишь в собственном Микрокосмосе, если угодно, в своей собственной голове, в которой этот Микрокосмос находится.

ВТО мы рассматриваем, как частный случай измененных, то есть отличных от обычного, состояний сознания, к которым относятся также такие явления, как разделение эго на несколько частей или, наоборот, слияние эго со всем космосом. Умение изменять свое состояние сознания является важной предпосылкой для раскрытия возможностей нашего сознания.

Еще раз подчеркнем, что все состояния, о которых говорилось выше, следует рассматривать только в феноменологическом смысле. Соответственно этому, говоря о внетелесном опыте, мы имеем в виду непосредственные ощущения выхода эго из воспринимаемого тела, при этом эго может обладать другим, "тонким" телом или же нет. Выходит ли при этом фактически эго за пределы физического тела, или же нет - с этой точки зрения несущественно. Однако мы, придерживаясь нашей позиции критико-реалистического мировоззрения, как было ясно сказано выше, считаем, что в случаях внетелесного опыта сознание не покидает пределы физического организма.

У меня самого, когда я еще только начинал изучать психологию, еще не было собственного опыта тех необычных состояний, о которых говорилось выше. Однако явления, происходящие в обычном феноменологическом мире, занимали меня очень сильно. Я интересовался как физическими законами Макрокосмоса, так и психологическими законами Микрокосмоса, и я чувствовал, что для изучения тех и других нужно применять единый теоретико-системный подход, ведь Микрокосмос тоже представляет собой часть Макрокосмоса, так что они оба обладают сходной природой. Как оказалось, предчувствия меня не обманули smile2.gif

1.5. Принцип хорошего гештальта.


В гештальт-теории важнейшую роль играет основной динамический принцип, описывающий психические явления - принцип хорошего гештальта, или правило четкости (Prägnanz). Его можно подразделить на несколько более специальных принципов, которые применяются в научных исследованиях во всех областях психологии. В качестве примера можно привести принципы простоты, регулярности, симметрии, замкнутости. Руководствуясь этими принципами, мы можем найти определенный порядок в "хаосе ощущений" в феноменологическом мире, и хотя их применение иногда усложняет ситуацию, но вообще они дают нам возможность ориентироваться в мире.

Как заметил гештальт-теоретик Вольфганг Келер в своей книге "Физические образы" (Köhler[1920]), сходные тенденции всегда проявляются, когда определенные части или области рассматриваемой системы находятся во взаимодействии друг с другом, например при рассмотрении полевых процессов различного рода. Например, имеется сходство в рассуждениях о траекториях планет в гравитационном поле и в рассуждениях о симметрии электрических полей. Келер замечает, кроме того, что в процессах, происходящих в неживой природе, также можно обнаружить некоторую целенаправленность, хотя часто неправильно считается, что она характерна лишь для психических процессов. Наконец, по мнению Келера, в открытых системах возможно возникновение порядка более высокого уровня, подобно тому, как у человека возникают различные мысли, образы и действия творческого характера.

1.6. Проблема души и тела.

Поразительное сходство между психическими процессами и физическими полевыми процессами привело к возникновению гипотезы об изоморфизме (то есть о взаимно однозначном соответствии динамических структур) между психическими и соответствующими им нейрофизиологическими процессами. Эту гипотезу не следует рассматривать, как чисто спекулятивное рассуждение, напротив, она оказалась очень плодотворной в эвристическом плане и уже принесла множество эмпирических результатов. Заметим, что некоторые гештальт-теоретики считают, что невозможно разделить психические и физические процессы, происходящие на психофизическом уровне, придерживаясь в этом смысле представлений идеалистического монизма и полагая, что хотя научными методами и можно подтвердить наличие связи между физическими и психическими явлениями, но психика при подобных исследованиях проявляется лишь косвенно, искажаясь измерительными инструментами и процессами восприятия, причем, конечно, полнота и многообразие феноменологического мира при этом теряется. Однако на основании эмпирических исследований можно утверждать только наличие изоморфизма между физическими и психическими явлениями, а не их идентичности. Утверждение об их идентичности является самым простейшим вариантом попытки решения "проблемы души и тела", свободным от какой либо путаницы понятий, которая в изобилии встречается во всех конкурирующих с ним вариантах, на чем мы в нашем журнале еще неоднократно остановимся.

Предположение об идентичности физических и психических процессов является источником возникновения наивного материализма, сторонники которого не видят никакого различия между физическим и психическим даже в явлениях дущевного, духовного или этического плана. По их мнению, все они полностью сводятся к физическим явлением, которые мы просто воспринимаем в искаженной форме. Предположение об изоморфизме ни в каком смысле не говорит о "материализации", "разодушевлении" или принижении ценнсоти психических процессов, скорее напротив, оно говорит об "одушевлении", "наделении духом" и повышении значимости явлений физических. Если предположение об изоморфизме окажется верным, то этим подтвердится вышеупомянутое утверждение о том, что основные закона Микрокосмоса и Макрокосмоса одинаковы, и следовательно, мы можем изучать проявления всех этих основных законов непосредственно в Микрокосмосе, то есть в нашем феноменологическом мире.

В своей работе "о гештальт-теории", изданной в 1925 г. (Wertheimer[1925]), Вертхаймер высказывал предположение о возможности создания единой и всеобъемлющей полевой теории. Он говорил, что хотя нам для восприятия доступна лишь часть физического мира, тем не менее существует возможность, "что эта часть несет в себе информацию о всем целом, обо всех структурных принципах целого, причем эти структурные принципы являются универсальными законами, описывающими все то, что доступно для восприятия." (стр.120) Всеобъемлющая теоретико-полевая модель, по мнению Вертхаймера, была бы применима во всех областях науки; различие между естественными и гуманитарными наукам в гештальт-теории несущественно, и с ее точки зрения не видно, почему бы при исследовании того конкретного фрагмента природы, который нам известен лучше всего, а именно нашего феноменологического мира, методы естественных наук должны были отличаться от тех, которые преобладают в психологических направлениях.

1.7. Голографическая полевая теория.

К сожалению, основателям гештальт теории не суждено было дожить до нашего времени, в котором уже имеются все предпосылки к созданию всеобъемлющей полевой теории. Мы ограничимся в связи с этим упоминанием о голографии. Голограмма представляет собой фотографическую пластинку, на которую "проецируется" трехмерное изображение, и для нее характерно, что в каждой ее части содержится полная информация обо всем изображении, по которой оно может быть восстановлено. Нейрофизиолог Карл Прибрам (Pribram[1971]) считал, что этот факт может быть положен в основу адекватной модели для описания мыслительных процессов. Эта модель объясняет такие явления, как то, что при повреждении важных отделов мозга у человека остается способность к воспоминанию, стало быть те области мозга, которые остались невредимыми, продолжают хранить всю имевшуюся информацию.

Гештальт-теоретик Стадлер в своем всеобъемлющем обзоре (Stadler[1981]) собрал данные различных феноменологических, нейрофизиологических и сенсомоторных исследований, которые свидетельствуют о том, что голографическая модель Прибрама является хорошим подтверждением полевой теории Келера. Что любопытно, Прибрам для разрешения ряда трудностей, которые возникали перед ним при создании его модели, пытался использовать гештальт-теорию. Это привело его к предположению о том, что голографическая теория также применима для описания всей вселенной, которое в свою очередь, согласовывалось с уже имевшейся голотетической (то есть утверждающей полную текучесть) теорией атомщика Давида Бема (Bohm[1985]), ученика Эйнштейна. Эту теорию можно рассматривать, как предварительную (никоим образом не завершенную) конкретизацию гештальт-теоретического представления об универсальной полевой теории, соединяющей в единое целое физические и психические явления.

Голографическое поле всесторонне отражает все черты, характерные для понятия "общего поля". Поэтому вполне возможно, что структура Макрокосмоса отражается во всех микрокосмосах, так что мы, исследуя наш феноменологический мир, фактически можем определить все "структурные принципы целого", как и считал Вертхаймер. Конечно, вся структура Макрокосмоса осознается человеческим мозгом не полностью , а лишь "ограниченно", по выражению Давида Бема; однако, в определенных высших состояниях сознания эти ограничения могут быть уменьшены.

Конечно, эта теория не свободна от различных спекулятивных утверждений, но тем не менее наблюдаются определенные состояния сознания, свидетельствующие в пользу того, что структура сознания имеет определенные сходства с голографическим полем. Сюда относятся так называемые "космические" переживания, которые описывались еще в древности различными мудрецами, религиозными деятелями и мистиками, короче говоря, относящиеся к области "вечной философии" (philosophia perennis). Вот одно из описаний голографической по своей сути структуры, которое приводится в одной из индуистских сутр: "Рассказывают, что на небе Индра нашел жемчужную сеть. Она была сделана так, что если посмотреть на одну жемчужину, то в ней можно было увидеть отражение всех остальных. И как эти жемчужины, любая вещь во вселенной не существует сама по себе, но связана со всеми остальными вещами, и все они на самом деле образуют единое целое" (Цитируется в Ferguson[1986,стр.24]). Аналогичные примеры можно найти во всех главных мировых религиях.

Японский философ Изуцу в своей книге "философия дзен-буддизма" (Itsutsu[1986,стр.35]) характеризует эту форму переживаний следующим образом: "При этом все предметы теряют свои обычные границы. Все онтологические границы исчезают вовсе, все предметы сливаются друг с другом, проникают друг в друга и проходят друг через друга, растворяясь в безграничном и бесконечном поле Небытия."

Под "небытием", или "пустотой", если можно так выразиться, здесь понимается исчезновение эго, которое растворяется во вселенной. В подобном состоянии исчезновения эго ясность сознания настолько повышается, что Изуцу использует для обозначения этого состояния термин "сверхсознание". Судзуки, напротив, говорит в подобных случаях о "бессознательном" (Suzuki[1988], см. далее раздел 1.9), что, конечно вызывает опасность смешения этого термина с психоаналитическим понятием бессознательного, однако Судзуки употребляет его только для того, чтобы подчеркнуть бессознательное состояние эго, предполагая существование во вселенной некоего всеобъемлющего Сознания.

Все эти "паранормальные" или "сверхъестественные" состояния сознания допускают рациональное и естественное объяснение в рамках единой теории голографического поля. Когда, например, в ходе внетелесного опыта человек получает информацию о том, что происходит в удаленном от него месте, которая впоследствии подтверждается, то это вовсе не является свидетельством того, что этот человек действительно покидал свой физический организм и оказывался в этом удаленном месте. В рамках теории голографического поля мы можем объяснить это таким образом, что этот человек осознал или обнаружил некий факт в своем Микрокосмосе, который уже содержался там в неявной форме. В остальном "паранормальные" и внетелесные переживания ничем не отличаются от остальных разновидностей измененных состояний сознания (см. Blackmore[1982]).

Конечно, голографическая теория поля Давида Бема, как и другие космологические теории, выдвигаемые различными физиками, еще не сформировались окончательно, и гештальт-теория с помощью эмпирической феноменологии (науке о наблюдении о описании непосредственно переживаемых на опыте явлений) может оказаться крайне полезной, чтобы объяснить ряд вопросов, которые в этих теориях обсуждаются. Особую важность несет в себе феноменологический метод исследования. Гносеологическая точка зрения, принятая в гештальт-теории, позволяет нам в такой феноменологически ориентированной области знания, как психология, "получать сведения, касающиеся всеобщего бытия, с такой же достоверностью, какую мы обычно имеем возможность видеть только в физике" (Metzger[1975,стр.660]). Как подтверждение этого важного обстоятельства можно привести опять же открытие голографической структуры. Хотя о существовании подобных структур было известно еще тысячу лет назад на основании непосредственных переживаний, научное доказательство возможности физической реализации голограмм было впервые получено в 1947 г. Денисом Габором (получившмй в дальнейшем за свои исследования Нобелевскую премию).

1.8. Состояния бодрствования, обычного и осознанного сна.


В состоянии бодрствования феноменологический мир, представляемый на психофизическом уровне, находится в отношении сенсомоторной взаимно-обратной связи с физическим миром. Феноменологический мир можно рассматривать, как высший регулирующий центр сенсомоторной системы организма, который обеспечивает функции энергосбережения и помехоустойчивости физического организма, находящегося в физическом окружении. Но феноменологические процессы не сводятся только к тому, что мы непосредственно переживаем на нашем опыте. Существуют еще и бессознательные процессы, которые также оказывают влияние на наше состояние, но при этом не проявляются в нашем сознании. В гештальт-теории считается, что психофизический уровень - это только часть общего нейрофизиологического поля, которая доступна для осознания. В этом общем нейрофизиологическом поле, кроме того, существует и другая информация, как рациональная - так называемые "квазифеноменальные" вспомогательные понятия, так и нет; наличие нерациональной информации хорошо известно в аналитической психологии, в которой изучаются неосознанные желания, потребности и цели.

Поскольку нет никаких результатов, опровергающих существование самостоятельной области бессознательной психики, ничто не мешает нам пользоваться понятиями и результатами аналитической психологии, если они способствуют более полной интерпретации тех явлений, с которыми мы сталкиваемся на опыте. Мы относим к бессознательным такие процессы, явления и др., как разнообразные психические содержания когнитивного или аффективного характера, которые хотя сами по себе не осознаются, но могут оказывать свое влияние на осознаваемые события и явления. С точки зрения гештальт-теории, подобные содержания хранятся в некотором общем информационном поле (Spurenfeld) в памяти. Однако информация в этом поле с течением времени не остается неизменной, и взаимодействие различных ее элементов между собой может приводить к возникновению у человека различных образов.

Бессознательные процессы могут весьма сильно влиять на формирование образов непосредственно воспринимаемого мира, особенно когда активность сенсорных процессов восприятия снижается. Это происходит, в частности, в состоянии сна, когда влияние сенсорных процессов значительно ослаблено. Это приводит к тому, что в сновидениях в символической форме проявляется бессознательная динамика личности сновидящего, причем угрожающие действия, которые совершают спрайты по отношению к эго сновидения, сиволизируют неосознанные конфликты. Важно подчеркнуть, что излагая в нашем дальнейшем изложении различные примеры, мы всегда будем исходить из того, что между символическими образами и символизируемыми ими явлениями существует динамическое структурное сродство.

Из общей массы сновидений можно выделить определенную их форму, которая называется "осознанными сновидениями"; они характеризуются тем, что эго сновидения обладает ясным пониманием того факта, что находится во сне, и может свободно осуществлять свои функции, связанные с использованием памяти, понимания и проявлениями воли. (Точное определение понятия осознанного сновидения и его отличия от понятия люцидного сна см. напр. в работе Tholey[1985]).

Особое значение осознанных сновидений для развития сознания и личности в целом состоит в том, что эго сновидения, будучи осознанным, может достигнуть понимания символического значения сна и, взаимодействуя со спрайтами, может способствовать разрешению неосознанных конфликтов, которые препятствуют развитию личности (см. ниже, Часть 3).

Сновиденный мир мы можем рассматривать, как "внутренний", противопоставляя его "внешнему" миру, который мы воспринимаем, находясь в бодрствовании. Это противопоставление относится не к видимым проявлениям обоих миров, но к характеру их происхождения. Под "внутренним миром" мы всегда будем понимать воспринимаемый сознанием мир, образы которого формируются не сигналами, поступающими от внешних органов чувств, а главным образом бессознательными процессами.

Конечно, о различии в характере их происхождения можно говорить лишь в определенной степени. В некоторых случаях можно говорить о взаимопроникновении этих двух миров, или об одновременном нахождении человека и в том, и в другом. Такая ситуация возникает, например, в период засыпания или пробуждения ото сна, когда в формировании образов воспринимаемого мира принимают равное участие как сенсорные процессы, так и бессознательные процессы мозга. Подобная же ситуация возникает и в случае внетелесного опыта, о чем будет более подробно говориться в части 2.

Эффект такого одновременного присутствия в двух мирах, или "двойного поля", по выражению Рауша (Rausch[1982]), можно также иногда испытать в бодрствовании при рассматривании изображений. Описывая такое явление, Рауш проводит различие между реальным эго, которое обычным смотрит на окружающие его предметы пользуясь своим "глазом циклопа" (см. раздел 1.4), и виртуальным эго, положение и зрительная перспектива которого находятся внутри рассматриваемой картины. Можно, например, рассматривать узор, на котором одна и та же фигура повторяется то в прямом, то в перевернутом виде. Тогда при перемещении виртуального эго по узору будет происходить перемена его перспективы. Хотя речь при этом идет только об изменении положения виртуального эго, закономерности, полученные Раушем, очень важны также для интерпретации внетелесных переживаний, когда перемещается реальное эго. В осознанных сновидениях также можно оказаться в "двойном поле", когда для восприятия одновременно доступны как сновиденный мир, так и мир бодрствования, что, кроме всего прочего, повышает чувствительность эго сновидения.

Различные состояния измененного сознания, способствующие развитию личности, можно достигать также в бодрствовании; это описано в литературе, и известны определенные телесные упражнения, которые служат для этой цели. Пользуясь терминологией дзен-буддизма, подобные методы можно определить, как "внешний путь", в противоположность "внутреннему пути", который проходит через медитацию и осознанные сновидения. Прежде, чем отправиться в путешествие по внутреннему миру, которое составляет основную цель данного сочинения, мы кратко остановимся на некоторых важных практиках, которые проводятся в бодрствовании.

1.9. Развитие сознания в состоянии бодрствования.

Как уже говорилось, феноменологический мир, представленный на психофизическом уровне, служит главным регулирующим центром сенсомоторной системы. Поэтому изучение его структуры может коренным образом изменить творческие и спортивные способности человека. Можно заметить, что в ходе подобного изучения эго отходит на задний план или даже полностью исчезает. Это явление вообще является характерной фундаментальной предпосылкой для творческого мышления, воображения и работы.

Отход эго на задний план, который приводит к творческому всплеску "внешних" идей (см. например, мое описание "ключевого опыта", который привел меня к пересмотру гносеологических представлений, раздел 1.2), когда в голове начинает сама по себе играть музыка, карандаш в руке сам по себе начинает рисовать, как расказывают различные художники - буддисты, или теннисная ракетка начинает сама по себе отбивать удары, как рассказывал Борис Беккер (известный теннисисит). Еще интереснее выглядят описания слияния с другими живыми существами. Конный спортсмен и Сладко Солинский в своей книге (Solinski[1983]) пишет, что на скачках у него пропадает ощущение того, что он сам и его лошадь - это разные существа, и возникает чувство, что он сливается с лошадью в единое целое, смотрит на мир глазами лошади, слышит ее ушами, чувствует запахи ее ноздрями (стр.123). Здесь мы имеем дело с определенным расширением сознания, которое Солинский связывает со своим опытом осознанных сновидений, который он мне подробно описывал. Различные спортсмены и деятели искусства также описывают случаи, в которых пропадало различие между объектом и субъектом восприятия, то есть между эго и внешними предметами. В гештальт-теории известны такие случаи "слияния с внешним полем", как слияние чувственных впечатлений от различных каналов восприятия, слияние с другими людьми, и другие подобные явления.

В тех областях, где требуется мгновенная реакция на изменение ситуации в окружающем мире, у человека может вырабатываться "ощущение всего пространства", которое при этом ощущается, как "пластическое" силовое поле. Предпосылкой для достижения такого состояния повышенной бдительности является ликвидация всяческого эгоцентризма. Это оказывает влияние на ощущения, внимательность, чувственные и волевые процессы, которые сливаются в единое целое.

Разъясним это несколько абстрактное утверждение на конкретном примере из жизни. Лыжник, вместо того, чтобы чувствовать соприкосновения подошв своих ног с землей, может воспринимать при помощи своих органов чувств и движения состояние снега и качество лыжни, и при этом его внимание перестает быть привязанным к эго, становясь подвижным и самостоятельным; у спортсмена пропадают всякие эмоции, связанные с эго, и у него появляется чувство окружающего пространства; чувство страха также исчезает, человек начинает просто замечать то, что представляет опасность для его жизни. Вместо эго, которое проявляет свою волю, возникает другое состояние восприятия, которое необходимо для того, чтобы динамически реагировать на изменения окружающей обстановки.

Это состояние описывается в гештальт-теории, как состояние творческой свободы, и подобным же образом его описывают воины Дзен, говоря о "неподвижном осознании" (Такуан, см. Suzuki[1941]), или о "неподвижной прайне (Prajna)" (Suzuki[1988]). Дзен-буддизм, рассматривая подобные состояния, считает, что обычный повседневный мир представляет собой просто иллюзию эго (этот иллюзорный мир обозначается термином "майя"). Поэтому переживания подобного рода могут не только служить для достижения повышенной ясности восприятия окружающего мира, но также и способствуют дальнейшему развитию сознания и личности в целом (см. Tiwald[1981]).

В разделе 2.1 будет описан опыт космического переживания, близко напоминающий состояние "неподвижного осознания", в котором исчезли всякие ощущения различия между субъектом и объектом; подобные космические переживания можно получить, находясь в состоянии медитации или осознанного сновидения, однако они отличаются от "неподвижного осознания" тем, что в последнем состоянии, которое является состоянием повышенной бдительности и отличается высокой физической и психической динамичностью, у человека появляется способность молниеносной реакции. Кроме того, необходимо подчеркнуть, что в таком состоянии появляется особое чувство, позволяющее заранее предугадывать, какие события произойдут дальше, что позволяет реагировать на них без всякого промедления.

Кроме вышеописанных состояний, в которых эго отодвигается на задний план либо вовсе исчезает, возможны и такие, в которых эго спортсмена изменяет свое местоположение, что характерно для внетелесных переживаний. Например, некоторые лыжные гонщики высокого класса рассказывают, что во время соревнований их "дух" выходит из тела, причем у них пропадают обычные ощущения, заменяясь восприятием всей ситуации в целом, и при этом также появляется способность заранее предугадывать следующие события. Более того, спортсмен может настроиться в резонанс с гонщиком, идущим впереди, который хорошо ему знаком, слившись его эго, так что он будет ощущать себя единым целым с этим гонщиком. Автогонщики также описывают такие случаи, когда они ощущали выход эго за пределы тела и могли видеть процесс гонки с высоты птичьего полета.

Все вышеописанные переживания могут быть объяснены в рамках изучения организационных процессов в поле мозга (Hirnfeld), с привлечением общих законов сенсомоторики. Возможность таких измененных состояний поля мозга обусловлена тесной связью между физическим организмом и его физическим окружением. Здесь находят свое объяснение и внетелесные переживания, отмечаемые спортсменами при продолжительных нагрузках, например при беге или заплыве на длинную дистанцию. В таких случаях спортсмен ощущает выход из своего феноменологического тела. У него пропадают всякие ощущения напряженности, которые заменяются чувством легкости и свободы. Возможно такие переживания объясняются тем, что при мобилизации скрытых силовых резервов выделяются определенные вещества (эндорфины), которые приводят к понижению кислотности. Понижение или повышение кислотности играет также важную роль в различных дыхательных техниках, которые используются для достижения внетелесного опыта.

Поскольку мы здесь обсуждаем внетелесные переживания при занятиях спортом, то заметим, что внетелесный опыт можно получить не только в измененных состояниях сознания, но и в обычном состоянии, причем он даже может нести практическую пользу. Многим спортсменам это неизвестно, и подобные переживания даже часто рассматриваются, как отклонение от нормы. Причина этого кроется в наивной картине мира, которой придерживается большинство специалистов по спортивным наукам, которые либо вовсе не обсуждают подобные состояния, либо неправильно интерпретируют их, как сверхъестественные, что делают, например, Уайт и Мерфи в своей книге "PSI в спорте. Влияние сверхъестественного восприятия на достижение спортивных рекордов" ("PSI im Sport. Der Einfluß übernatürlicher Wahrnehmungen auf Spitzenleistungen im Sport"), изданной в 1983 г.

Что касается переходных состояний от бодрствования ко сну и наоборот, они характеризуются тем, что влияние процессов восприятия заметно уменьшается, поэтому они часто сопровождаются необычными ощущениями эго, о чем будет подробно сказано во второй части ab.gif


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Марселин
сообщение 21.3.2018, 14:29
Сообщение #69


статус-кво
*********

Группа: Пользователи
Сообщений: 2 181
Регистрация: 20.10.2013
Пользователь №: 145 141
Знак Зодиака:
Страна:




Жду продолжения🌹🐈


--------------------
"Скрывая истинные цели, оформи алиби из Вечных тем"
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Montenegro
сообщение 21.3.2018, 20:13
Сообщение #70


Свой человек
****

Группа: Пользователи
Сообщений: 376
Регистрация: 16.5.2015
Пользователь №: 168 442
Знак Зодиака:
Страна:




Цитата(Phil @ 10.2.2018, 17:06) *
Это про сны? Или про символы йоги? Как следует из названия.

Хочу попросить прощения, что не ответил сразу, не было физической возможности. У меня был весёлый период, чем-то похожий на то, на что жаловался Костик: за три дня я потерял зуб, сломал ящик стола и получил компрессионный перелом позвоночника )))
Но, вернёмся к теме. В книге, как мне известно, подробно описаны множество чакр (не только всем известные семь) и те, кто интересуется этим делом должны по достоинству оценить работу автора. В интернете много сомнительной информации, а в данном случае - прямой перевод текста с санскрита на французский (и, вроде как на английский).


--------------------
"В раю каждого из нас ждут вечное блаженство, успокоение и десять штук зелени". - Эрик Картман, "South Park".
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Phil
сообщение 22.3.2018, 11:06
Сообщение #71


Любитель
**********

Группа: Пользователи
Сообщений: 8 052
Регистрация: 22.4.2008
Пользователь №: 8 917
Знак Зодиака:
Страна:




От дримера к воину? Неужто и он пошёл попути "воина знания"? Весьма интересно...

Сообщение отредактировал Phil - 22.3.2018, 11:07
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 23.3.2018, 2:42
Сообщение #72


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




Цитата(Phil @ 22.3.2018, 10:06) *
От дримера к воину? Неужто и он пошёл попути "воина знания"? Весьма интересно...


"Путь воина" у него понимается не в кастанедовском, а скорее в самурайском смысле ab.gif
Профессор П. Толи, трудясь в области спортивной психологии, баловался боевыми искусствами))


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 28.3.2018, 2:05
Сообщение #73


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




РАЗВИТИЕ СОЗНАНИЯ КАК ПУТЬ К ТВОРЧЕСКОЙ СВОБОДЕ: ОТ ДРИМЕРА К ВОИНУ.
Поль Толи

ЧАСТЬ 2. ИССЛЕДОВАНИЕ ВНУТРЕННЕГО МИРА.
2.1. Начало собственного путешествия по внутреннему миру.


Я хочу еще раз вернуться к описанию своего ключевого опыта, который привел меня к пересмотру моих гносеологических представлений. В результате этого опыта я осознал, что весь мир, который я воспринимаю посредством своих органов чувств - это лишь образ реального, объективного мира, находящийся в моей физической голове. Тогда мне пришло в голову, что этот воспринимаемый мир похож на мир сновидений, и я спросил себя, а нельзя ли в сновиденном мире выполнять различные действия и наблюдать за развитием сюжета, обладая столь же ясным сознанием, что и в обычном состоянии бодрствования. Вскоре я на практике убедился в рельности такой возможности.

Я стал в течение дня часто задавать самому себе вопрос, нахожусь ли я во сне или наяву, в надежде, что когда нибудь я задам себе этот вопрос во сне, и по каким либо признакам смогу понять, что я сплю. Приблизительно через четыре недели такой случай действительно произошел. Я увидел во сне свою тетушку, про которую я знал, что она умерла. В этом сне я с необыкновенной четкостью видел все, что происходит вокруг, людей, которые там были, мог разговаривать с ними. Однако через некоторое время меня охватило чувство беспокойства, потому что мне не приходилось переживать ничего подобного ранее, и я не знал, смогу ли я выбраться из этого другого мира, и как это можно сделать. Наконец, мне удалось проснуться, и первой моей мыслью было, можно ли повторить этот удивительный опыт, но так, чтобы при этом не ощущать никакого беспокойства.

На основании результатов физиологических исследований сновидений и собственного опыта я пришел к выводу, что фиксация взгляда на неподвижной точке в картинке сна вызывает пробуждение. Впоследствии я попытался проследить, как тело сновидения при пробуждении переходит в физическое тело, лежащее в постели. Занимаясь такими наблюдениями, я, через короткое время, получил свой первый внетелесный опыт, в котором я ощущал, как мое тело сновидения сливается с моим феноменологическим телом.

Но пробуждение сопровождалось и рядом других интересных явлений. Иногда мне удавалось видеть во сне свое собственное тело, неподвижно лежащее в постели, в то время, как тело сновидения при этом было подвижным. Но чаще всего оказывалось, что у меня только одно тело - тело сновидения, которое при пробуждении как бы улетучивалось, и я внезапно оказывался в постели в своем феноменологическом теле. Подобные явления, происходящие в момент пробуждения, привели меня позднее к идее о том, что в процессе засыпания можно, наоборот, сохраняя ясное сознание, перейти из тела бодрствования в тело сновидения.

Описания подобных переживаний можно найти в парапсихологической литературе, о чем я узнал десять лет спустя, читая книги Селии Грин (Green[1968]) и Чарльза Тарта (Tart[1969]). Тогда же я впервые услышал выражение "ясные сны" ("luzide Träume"), которое, как оказалось, ввел в употребление ван Иден (van Eeden[1918]). К этому времени у меня уже был достаточно богатый собственный опыт необычных состояний, который я мог сравнивать с тем, что написано в этих книгах.

В дальнейшем я занимался этой темой не только самостоятельно, но и проводил совместные исследовения, вместе со своими студентами и коллегами, в Университете им. И.В. Гете, во Франкфурте. Конечно, существует множество работ других авторов, из которых мы смогли в большей или в меньшей степени заимствовать различные техники, полезные для получения внетелесного опыта и других необычных состояний. Укажем, например, работы Сьюзен Блэкмор(Blackmore[1962]), Скотта Рого (Rogo[1983]), Эрнста Уэлти (Waelti[1983]), Вернера Цурфлюха (Zurfluh[1983]), которые мы не будем подробно комментировать прямо сейчас, расчитывая вернуться к этому позднее.

Как я уже упоминал, при изучении различных эмпирических фактов и их теоретическом объяснении я придерживаюсь точки зрения критического реализма, которая принята в гештальт-теории, и эта точка зрения отличается от позиции некоторых других исследователей, работающих в этой области. Прежде всего, я хочу дистанцироваться от представлений различных спиритистов и оккультистов, которые воображают, будто они способны путешествовать в иные миры или общаться с духами умерших или призраками. Подобные представления не просто препятствуют развитию описанных в Части 3 возможностей развития сознания и личности; существует опасность, что в неблагоприятном случае они могут привести к особой форме умопомешательства, которое Ханс Бендер характеризует, как "медиумпсихоз" ("Mediumpsychose"). В связи с этим, важно заметить, что многие люди смогли в течении короткого времени избавиться от своих страхов, вызванных неверными представлениями относительно природы необычных состояний, ознакомившись с их объяснением в духе критического реализма.

2.2. Стратегия исследования внутреннего мира.

Описание методов, которыми я и мои коллеги пользовались в своих первых путешествиях по внутреннему миру, и многообразие переживаний, с которыми мы при этом столкнулись, порождает много различных вопросов, которые мы, по нашему мнению, должны обсудить, чтобы те люди, у которых пока нет практического опыта в данной области, смогли бы проводить самостоятельные исследования, не впадая ни в односторонне физикалистическое мировоззрение, характерное для западных "естественных наук", ни в феноменологическое мировоззрение восточных учений, но могли бы исходить из всеобъемлющего мировоззрения гештальт-теории. Для этого нам следует вооружиться, прежде всего, важнейшим методом исследования, который нам предоставляет гештальт-теория: экспериментальной феноменологией. Этот метод позволяет не только планировать и проводить новые эксперименты, но также полезен при использовании уже полученных результатов для описания и интерпретации различных явлений. Феноменологический метод позволяет получать интерсубъективно справедливые результаты; когда много различных людей, независимо друг от друга, подмечают одинаковые взаимосвязи между определенными явлениями, то результаты относительно этих взаимосвязей признаются интерсубъективно справедливыми. Хотя само понятие "интерсубъективность", как может показаться, носит субъективный оттенок, мы можем прояснить его характер с помощью наших гносеологических рассуждений.

Перейдем теперь к схематическому изложению нашей стратегии исследований и описанию различных техник, используемых при путешествиях по внутреннему миру.

2.3. Техники для путешествия по внутреннему миру.
2.3.1. Техники для достижения осознанности.


Описывая методы, применяемые при работе с осознанными сновидениями, мы будем различать техники для достижения осознанности и техники для сохранения осознанности. К техникам для достижения осознанности относится та, разработанная мною техника, о которой уже упоминалось выше, и которая состоит в том, чтобы на протяжении дня многократно спрашивать себя, находишься ли ты во сне или наяву, чтобы этот критический вопрос, заданный себе во сне, мог бы привести к осознанию.

Эту технику я назвал рефлексивной, и в дальнейшем мне удалось разработать комбинированную технику, которая основана на сочетании рефлексивной техники и определенных методов самовнушения и намерения (см. главу "десять заповедей для осваивающих осознанные сновидения" в нашей книге (Tholey & Utecht[1989])). В этой книге моя рефлексивная техника формулируется в виде следующих рекомендаций:

Не менее 5-10 раз в день спрашивайте себя, находитесь ли вы во сне или наяву.
a) при этом пытайтесь представить, что вы находитесь во сне.
b ) делайте такую проверку всякий раз, когда вы замечаете, что рядом с вами происходит что нибудь необычное или маловероятное.
с) делайте такую проверку всякий раз, когда происходящие события или обстановка напоминают вам нечто такое, что вы видели во сне.
d) возьмите за правило выполнять при такой проверке какое нибудь простое действие, например, определенное движение рукой.

Прайс и Коэн охарактеризовали мою рефлексивную технику, как метод активной тренировки сознания (lucid-awareness training), поскольку в ней используется критическая рефлексивная установка, отличая ее от пассивных рецептивных методов тренировки сознания, которые основаны на развитии внимания. Я считаю, что эффективны как активные, так и пассивные методы тренировки, но хочу заметить, что для начинающих дримеров активная техника предпочтительнее, поскольку в ней не требуется выполнять никаких подготовительных упражнений, которые требуются в пассивных методиках. В свомх публикациях я объяснял отличия активной рефлексивной установки от пассивной рецептивной на различных примерах из области спорта. Например, начинающий лыжник сначала будет стремиться активно распознавать различные опасности на местности, например, ледяную корку; но затем у него выработается такое чувство, которое позволит ему подмечать эти опасности автоматически, и должным образом реагировать на них. С тренировкой сознания дело обстоит аналогично. На начальном этапе человеку нужно активно задавать себе критический вопрос: "во сне я или наяву?", когда он видит, что рядом с ним происходит что либо необычное или маловероятное. Но при накоплении достаточного опыта у него выработается пассивная установка, так что когда рядом происходит что либо необычное, он начинает автоматически понимать, что спит, или, по крайней мере, поставит под сомнение, в каком состоянии сознания он находится, что позволит ему сделать проверку.

Описываемые здесь методы тренировки сознания позволяют не просто получить ясность относительно своего состояния сознания, но и ясность относительно свободы своих действий (укажем в связи с этим еще раз на то, что в пункте (d) рекомендуется совершить при осознании определенное действие), которая рассматривается многими философами, как неотъемлемый критерий осознанности.

В ходе своих исследований я выработал у себя привычку не просто активно или пассивно подмечать, что я делаю, делал недавно и собираюсь сделать, но одновременно осознавать мотивы или смысл этих своих движений. Затем я распространил такой подход не только на свои действия, но и на свои мысли, представления и фантазии, рассматривая их как художественные образы. Все это способствует тренировке сознания в бодрствовании, в чем читатель сможет убедиться самостоятельно, если возьмет за привычку регулярно проверять описанные мной шесть критериев осознанности. Я рассматриваю такую тренировку ясности сознания в бодрствовании, как самую естественную технику, которая уже сама по себе крайне полезна для самооздоровления и саморазвития, в том числе и тем, кому осознаться во сне пока не удается.

Осталось сказать еще кое что о технике самовнушения. Суть этой техники состоит в том, что человек, переходя в расслабленное состояние (с помощью, например, аутогенной тренировки, прогрессивной релаксации или еще какой нибудь из того множества техник, которые предлагаются на современном психологическом рынке) внушает себе, что он войдет в осознанное сновидение. С теоретической точки зрения, несомненно, самовнушение несет в себе потенциальную угрозу, как разновидность чужеродного вмешательства, хотя и не в столь сильной степени, как гипноз, проводимый посторонним человеком, и я лично всегда был против посторонних вторжений в психику. Тем не менее, иногда мы используем эту технику с целью улучшения безопасных естественных методов индукции осознанных сновидений и не замедлим сообщить, если в этой области будут получены новые результаты.

Техники, о которых будет говориться ниже, несколько более трудны для изучения, но я сам отдаю им предпочтение, поскольку я убедился на собственном опыте, что они с высокой вероятностью позволяют в нужный момент переходить из состояния бодрствования в состояние осознанного сна, и даже иногда позволяют удерживать осознанность в течении всего сна.

2.3.2. Выход из обездвиженного тела.


Если стараться удерживать осознанность при засыпании, то иногда можно попасть в такое состояние, когда тело становится обездвиженным, так что человек перестает быть способным совершать произвольные движения. Это состояние паралича или неподвижности, с физиологической точки зрения, не является патологическим. В ходе исследований, проводимых в нашей лаборатории изучения сна, мне самому приходилось переживать случаи полного мышечного расслабления и обездвиженности при переходе в состояние сна. У неопытных людей это состояние может вызвать различные неприятные ощущения и чувство страха. Для человека же более опытного оно просто является удобным случаем, позволяющим отправиться в путешествие по внутреннему миру. Иногда человек при этом спонтанно выходит из обездвиженного тела, находясь во втором, "тонком" теле, в которое при этом переходит центр эго-сознания. Иногда при этом два тела оказываются связанными "серебряным шнуром", как его называют оккультисты. Мне самому раньше тоже приходилось видеть такой шнур, соединяющий оба тела, но я его обрывал, что меня совсем не пугало. Согласно оккультным учениям, это должно было бы привести к тому, что я навсегда останусь в астральном мире, или вовсе умру, однако я сам ни разу не заметил никаких нежелательных последствий.

Ощущения человека, который, попав в обездвиженное состояние, сохраняет при этом осознание, могут быть различными. Иногда у него появляется второе тело, которое взлетает вверх, кувыркается или наоборот, проваливается вниз, в то время, как "первое" тело парализовано. Иногда же человек выходит из обездвиженного тела в форме облака или просто точки.

В связи с этим уместно будет провести феноменологическое рассмотрение описываемых переживаний, чтобы наиболее полно охарактеризовать и разъяснить их характер. В состоянии бодрствования мы можем провести совершенно определенное различие между реально видимыми объектами, например, предметами, на которые мы смотрим, и плодами нашего воображения. Однако, когда поток сигналов от органов восприятия уменьшается, те объекты, которые возникают в нашем воображении, становятся гораздо более реалистичными, и в конце концов их становится невозможным отличить от реальных предметов. В определенных пределах подобные воображаемые образы становится возможным вызывать у себя намеренно.

Различие между чисто воображаемыми образами и реальными объектами не следует смешивать с различием между образами, имеющими четкую и нечеткую, или облакообразную, форму. Так, если человек вышел из тела в форме облака, это облако будет ощущаться им, как реальное, а не как чисто воображаемое (хотя оно и не имеет определенной формы, и тем более не материально), подобно тому, как в бодрствовании те облака, которые мы видим на небе, кажутся нам реальными, и мы не путаем их с теми облаками, которые можем представить себе в нашем воображении. Тело, имеющее изменяющуюся форму, также нельзя смешивать с плодами нашего воображения. В отличие от облачного тела, оно обладает достаточно четкими границами. Его "текучесть" проявляется в его легкости, а также в возможности проходить сквозь стены.

В дополнение к этому феноменологическому разъяснению, я хочу сказать об одном обстоятельстве, имеющем важное значение для нашей интерпретации подобных явлений. Не следует впадать в оккультизм, узнав, что человек может выходить из тела, находясь во втором, гибком, теле, в форме облака или даже вообще в виде точки. Я осмелюсь утвержать, что все эти явления не имеют никакого отношения к оккультным представлениям о том, что в случаях внетелесного опыта тонкое "астральное" тело будто бы покидает физический организм. В ходе дальнейшего описания соответствующих техник мы остановимся на этом более подробно.

2.3.3. Вход в гипнагогическую картинку.

Эта техника основана на том, что в ходе засыпания можно увидеть реалистичную картину, создаваемую нашим воображением. В отличие от предыдущей техники, человек оказывается внутри этой картинки, уже находясь во втором теле, которое не связано с обездвиженным телом. Ощущения этого второго тела становятся более реальными, чем ощущения того тела, которое лежит в постели, и которое, наоборот, перестает ощущаться. Центр сознания внезапным скачком перемещается в это второе тело.

2.3.4. Смещение обездвиженного тела.


В отличие от предыдущих техник, здесь у человека вообще не появляется никакого второго тела, он, находясь в обездвиженном состоянии, просто пытается оказаться в другом положении в комнате. Это делается довольно легко, поскольку сенсорные процессы в этом состоянии оказывают мало влияния на формирование переживаемых образов. Человек, фактически лежащий в постели, может, например, представить себе, что он принял вертикальное положение. В подобных случаях появляется ощущение, что оцепенение тела внезапно проходит и появляется свобода движений.

В связи с этим я хочу рассказать об интересном случае, произошедшем с одним моим студентом. У него уже был некоторый опыт, ему удавалось выходить из тела и зависать над кроватью. Придя в очередной раз в состояние паралича, он попытался представить себе, что он уже висит под потолком, и внезапно там и оказался. Тогда ему пришла в голову мысль, что он может теперь опуститься вниз, и тут же он ощутил, как, по его собственному выражению, "необычная сила затянула его обратно в кровать".

Этот пример показывает, что в подобных состояниях некоторые процессы, происходящие во внутреннем мире человека, допускают внешние феноменологические проявления, причем здесь не очень ясно, что именно вызвало ощущение действия "феноменологической силы тяготения" - явное мысленное намерение спуститься, или просто страх падения. Имеются и описания других подобных случаев, которые ясно показывают, что во внутреннем мире - как говорится в Библии - наша вера позволяет нам передвигать горы, а маловерие может привести к тому, что мы утонем в воде.

2.3.5. Исчезновение тела.


До этого момента я достаточно подробно описывал различные техники, которые следует выполнять, находясь в состоянии сонного паралича, но у человека, попавшего в такое состояние, часто возникает чувство страха. Однако, существует целый ряд техник, в которых вообще никакого паралича не ощущается. Например, в процессе засыпания, когда влияние сенсорных процессов снижается, может возникнуть ощущение, что тело утрачивает свои границы, и остается только эго в виде облака. Важно научиться отслеживать этот момент, который позволяет отправляться в осознанное путешествие по внутреннему миру.

В этом плане совершенно бессмысленно проявлять нетерпение при ожидании этого момента; нужно научиться чувствовать тот момент, когда начинается засыпание, это и есть в точности тот момент, когда может произойти исчезновение тела. Превратившись в облако, человек обычно взлетает вверх и у него появляется возможность совершенно свободно двигаться. Опытные дримеры способны намеренно придавать этому облаку форму второго тела с ясно очерченным контуром, которое по их усмотрению будет необходимой степенью летучести или жесткости. При превращении облака в тело с ясными границами целесообразно оставить ему такую степень летучести, чтобы можно было проходить сквозь стены. Имеется ли возможность проходить сквозь стены или нет, можно проверить непосредственно, и если попытка прохождения не удалась, следует подкорректировать степень летучести.

2.3.6. Непосредственный переход из тела бодрствования в тело сновидения.


Иногда при засыпании тело бодрствования претерпевает непосредственные превращения в тело сновидения, то есть без попадания в промежуточное состояние паралича или превращения в облако. При этом тело сновидения оказывается сначала в таком же положении, в каком находилось тело бодрствования в процессе засыпания. Поскольку при таком переходе из состояния бодрствования в состояние сна соответствующие положение и ощущаемые свойства тела остаются неизменными, то, вообще говоря, нелегко догадаться, что уже заснул. Опытные дримеры, которые имеют опыт подобного перехода, способны очень внимательно следить за своими ощущениями при засыпании, и замечать, не начало ли происходить что нибудь необычное, что могло бы сигнализировать о переходе в состояние сна. У людей не столь опытных может оставаться иллюзия, что они еще не заснули, они могут при этом встать с постели, и начать что нибудь делать, до момента пробуждения оставаясь в неведении, что они находятся во сне. В литературе часто описывается сходное с этим явление "ложного пробуждения". В этом случае у человека появляется ложное ощущение того, что он проснулся, тогда как на самом деле он еще спит.

2.3.7. Вход в картину сновидения.


При выполнении вышеописанных техник эго сновидения обычно оказывается в том же помещении, в котором человек ложился спать. С другой стороны, существует ряд возможностей оказаться при засыпании в совершенно другом месте. При описании следующей техники я хочу более подробно остановиться на некоторых физиологических и психологических моментах, связанных с явлениями подобного рода.

Если при засыпании обращать внимание на возникающие зрительные образы, то вначале можно будет заметить многочисленные светящиеся пятна, которые принимают всевозможную форму, обладают различным цветом и двигаются; затем возникают более сложные образы, скажем, какие нибудь животные, группы людей, облака, корабли или что нибудь еще в таком роде. За появление этих образов отвечают так называемые энтоптические процессы, которые происходят в сетчатке глаза. Движение этих образов связано с движениями глаз; этот процесс можно сравнить с движением возникающих на сетчатке остаточных образов, за которыми человек пытается проследить. Этот процесс приводит к иллюзии перемещения возникающих объектов относительно тела, и при достаточно богатом воображении человек может представить себе, что он находится на борту какого нибудь двигающегося транспортного средства, например, лодки, воздушного шара или в машине. Это ощущение передвижения тела относительно возникающих визуальных объектов связано с одним важным гештальт-теоретическим законом индуктивного движения образов. Этот закон утверждает, что когда два образа находятся в относительной близости друг от друга, то часто возникает иллюзия, что они двигаются так, как если бы были связаны друг с другом. Вспомните в связи с этим, что когда Луна проглядывает сквозь движущиеся облака, возникает иллюзия, что она двигается вслед за ними (см. раздел 1.3). В кино также можно заметить похожие эффекты. Когда показывают кадры, снятые двигающейся кинокамерой, у зрителей возникает ощущение, что все поле зрения двигается относительно них. При этом иногда у зрителя может возникнуть иллюзия того, что он находится внутри картины, скажем, что он летит в самолете и совершает различные движения вместе с ним. Это явление очень похоже на ощущение полета в сновидении.

Для наглядности мы приведем один пример, взятый из отчета о сновидении одной из студенток:
"Сегодня утром, после повторного засыпания, я увидела сон, в котором мне приснился автомобиль с открытым верхом, в котором ехали какие то люди, я подумала, что я знаю одного из них, и потом я как бы полетела вслед за автомобилем. Сначала я просто пожалела, что не еду в автомобиле, а стою на обочине дороги. Но когда я глазами стала следить за двигающимся автомобилем, к моему удивлению, я ощутила, что двигаюсь вслед за ним. Я поняла, что сплю, потому что я (в бодрствовании) очень хотела попробовать полетать во сне. Я взлетела вверх и, к моей радости, у меня получилось лететь вслед за автомобилем. Это было необыкновенное ощущение радости полета, которое пронизывало все мое тело, и я совершенно не чувствовала страха. Почти на протяжении всего сна я понимала, что сплю, и иногда вспоминала отрывки одной из статей Толи, которую я читала вчера днем, и в которой были советы насчет того, как вести себя в осознанном сновидении: что нужно внимательно следить за тем, что происходит вокруг и контролировать свои собственые действия."

Ощущения движения тела во сне связаны с движениями глаз, и возможно даже переместиться в другую точку сцены сновидения, просто направив на нее свой взгляд. Это, правда, удается сделать только в фазе полусна, когда сенсорные процессы, протекающие в сетчатке глаза, все еще ощутимо влияют на формирование образов сцены сновидения. [Это последнее утверждение неверно - mc2]

2.3.8. Слияния в сцене сновидения.


Когда в ходе процесса засыпания формируются образы сцены сновидения, человек может оказаться внутри этой сцены внезапно, не заметив сам момент перехода. Однако имеется также возможность при этом войти в тело спрайта, которого дример сначала видел "со стороны", так что сознание дримера внезапно оказывается в его теле. Это ощущение в определенной степени похоже на ощущения "слияния" лыжника с трассой, по которой он двигается (см. раздел 1.9). В качестве иллюстрации я сошлюсь на отчет о сновидении одного художника, котором в первую же ночь после того, как он узнал о технике слияния, приснилось следующее: при засыпании он следил за возникающими зрительными образами, и увидел, как в конце концов возникла сцена морского побережья, на котором стояло большое количество индейцев. Ему удалось войти в тело одного из этих индейцев, и после этого он мог смотреть на море его глазами. Потом его эго сновидения внезапно вышло из тела этого индейца, и он взлетел вверх над побережьем. Затем он переместился в другое место сновиденной картины, поскольку он был опытным дримером, а затем вновь оказался в своем теле, лежащем в постели.

2.3.9. Замечания общего характера.


Существует и еще целый ряд различных техник, которые позволяют начать путешествие по внутреннему миру, совершая определенные действия в процессе засыпания. Наш опыт свидетельствует о том, что предпринять такое путешествие сможет каждый, кто запасется достаточным количеством решимости и терпения. Очень важно, чтобы человек на собственном опыте определил, какая техника ему подходит лучше всего.

Нужно сказать, что в процессе засыпания появляются не только те телесные и зрительные ощущения, о которых говорилось выше, но также и другие, например, звуковые феномены - различные шорохи, хлопки, голоса, звуки музыкальных инструментов или пение, которые иногда слышны с поразительной отчетливостью. При выходе из тела иногда появляются тактильные ощущения вибрации. Мне хочется упомянуть также заимствованную из магии "зеркальную" технику для выхода из тела, которую подробно описывает Клаус Стих в своей статье. В довершение ко всему, мы изучаем целый ряд других техник, рассчитанных на применение в бодрствовании, которые тоже пригодны для путешествия по внутреннему миру, и которые мы еще обсудим в нашем журнале.

2.4. Внетелесные и другие необычные переживания во время осознанных сновидений.


Переживания, близкие к тем, о которых рассказывалось выше при описании различных техник, в состоянии осознанного сна можно как получить непроизвольно, так и вызывать их намеренно. Вот отчет о сновидении одной студентки, которая принимала участие в наших исследованиях осознанных сновидений:

"...я увидела свою знакомую, которая тоже принимает участие в группе исследования осознанных сновидений, и еще Толи. Мы все вместе пошли в шестую аудиторию, и тут произошло что то непонятное: оказалось, что я лежу в постели, причем на мне была надета закрытая ночная рубашка (я обычно таких не ношу). Я могла чувствовать каждый свой мускул. Эатем я заговорила с Толи, но он превратился в небольшое облако, которое поднялось под потолок. Я сказала ему, что все его методы для вхождения в осознанный сон - дурацкие. Каждый человек должен сам подобрать себе подходящий метод, и в особенности я не потерплю, чтобы меня поучали, что мне делать в моем сновидении. Облако под потолком ничего не ответило. Внезапно сновидение изменилось: я теперь была одета не в ночную рубашку, а в саван для мертвецов. Я подумала: "Ну вот, теперь я знаю, что чувствуют мертвецы"; и тут я почувствовала, как моя душа вышла из тела, я сама превратилась в облако и стала парить над каким то красивым зеленым лугом, точь в точь, как на картинах в стиле ван Гога. Затем я проснулась, ощущая удивительный душевный подъем."

Этот пример любопытен в том отношении, что эта девушка не только сама выходила из тела в форме облака, но и встретила еще одного спрайта, который также имел облакообразную форму. При этом ей в этот момент не было известно, что я использую термин "облако эго" для обозначения подобных состояний.

Вот еще более впечатляющий случай, произошедший с 16-летней школьницей (которая рассказывала про него, уже будучи студенткой). Эта девушка была влюблена в одного молодого человека, который хотя и относился к ней по дружески и весьма приветливо, но в то же время соблюдал явную дистанцию. Перед засыпанием она думала о том, почему он не отвечает на ее чувства. И ночью она увидела такой сон:

"Я оказалась в одной комнате с этим парнем. Мы занимались вместе с ним какой то ерундой, не могу вспомнить, чем именно, и одновременно разговаривали. Внезапно я поняла, что сплю. Тогда я опять спросила себя, почему он так себя ведет, и решила воспользоваться ситуацией, чтобы найти ответ на этот вопрос. В этот момент я почувствовала, что моя душа, или то, что мы обычно понимаем под словом "я", вышло из моего тела, полетело по направлению к его телу и вошло в него. Когда я оказалась в бестелесном состоянии, у меня, тем не менее, сохраынялись все обычные ощущения, то есть, я продолжала видеть, слышать, чувствовать запах и т.д. И хотя я покинула свое тело, оно продолжало двигаться, что то делать и говорить. Глядя на него со стороны, было невозможно догадаться, что меня там уже нет. Итак, я полетела к телу этого парня и вошла в него, после чего у меня появилось ощущение, что я могу управлять всеми функциями его тела, причем так, что он не знал об этом. У меня был контроль над всеми его жизненными функциями, над его движениями и всем прочим, что обычно делает тело. Поначалу это было очень непривычно, все было так необычно и не так, как в моем собственном теле. Это было похоже на то, как если бы человек, который долгое время ездил на мерседесе и привык к своей машине, вдруг пересел бы на остин мини. Но чем дольше я находилась в его теле, тем слабее было это чувство непривычности, и тем больше я осваивалась в нем. Я смотрела его глазами, трогала различные предметы его руками, разговаривала его голосом, и т.д. Его глазами я смотрела на свое собственное тело, как оно стоит тут рядом и что то делает. И я могла читать его мысли, хотя и не понимала, как это у меня получается. Я наблюдала за ходом всех его мыслей, знала, что он собирается делать, но не вмешивалась в это, чтобы он не догадался, что я нахожусь вместе с ним в одном теле. Я была просто пассивным наблюдателем. Я узнала, как он относится ко мне, какое впечатление я произвожу на него, и какие чувства он испытывает по отношению ко мне. Я видела, в каком конфликте он находится, он хорошо понимал, что я чувствую по отношению к нему, и я тоже ему нравилась, но он не хотел начинать со мной никаких отношений. Узнав все эти его мысли и посмотрев на себя его глазами, я поняла, почему он так холоден по отношению ко мне, и мне стало совершенно ясно, что он не станет отвечать на мои чувства. Я совершенно точно узнала, что он думает, и почему он думает именно так. В этот момент я проснулась."

Это сновидение оказалось для девушки очень важным и полезным, потому что позволило ей привести в порядок свои чувства. Она осталась в дружеских отношениях с этим молодым человеком, и получила определенное облегчение, поскольку та напряженность, которая существовала между ними, после этого сновидения совершенно исчезла. В дальнейшем мы еще вернемся к этому исключительно содержательному примеру. когда будем рассматривать еще один пример осознанного сновидения, в котором в точности наоборот, другой спрайт вошел в мое собственное тело.

В следующем примере, который взят из отчета одного студента-психолога, эго сновидения поочередно входит в тела различных спрайтов. Замечательно, что это привело дримера к осознанию того, что он находится во сне.

"Мне снится, будто я женат и у меня есть дочка. Я смотрю на эту девочку, вижу, как она играет, и я очень горжусь ей. Потом оказывается, что я (спрайт A = дример) лежу в постели со своей женой (спрайт B ). Она говорит мне, что мы должны разойтись. Я обескуражен. Она собирается уйти, и в этот момент мое сознание переходит в ее (спрайта B ) тело. Потом я (все еще спрайт B ) прихожу к мысли, что я (то есть спрайт A) - не такой уж и плохой человек, и решаю, что я (спрайт B ) вернусь ко мне (спрайту A). Затем я вижу себя (спрайта A) лежащим в постели с незнакомым мужчиной (спрайтом C ), что вызывает у меня чувство недовольства и ревности. Я (спрайт B ) говорю, что я (спрайт A) - гомосексуальная свинья. Затем мое сознание перемещается в тело спрайта C, и я (теперь уже спрайт C) объясняю спрайту B, что тут все OK, и убеждаю ее в этом. Наконец, мы лежим в постели все втроем и спим вместе. Я уже перестаю понимать, кто из этих троих я, и тут до меня доходит, что все это очень похоже на сон, и я понимаю, что сплю. Я уже не нахожусь в теле ни одного из них, и объясняю этим троим со стороны, что я сплю, а они все являются частями моей личности. Они смотрят на меня, как на идиота, и не верят мне. Тут я думаю: как это мне удается разговаривать, когда мое сознание уже не находится ни в одном из этих тел, и при этом просыпаюсь."

Хотя все те опыты, о которых рассказывалось выше, происходили спонтанно, при достаточной практике появляется способность намеренно вызывать подобные переживания. В связи с этим я хотел бы рассказать об одном сновидении психотерапевта Норберта Саттлера, с которым мы продуктивно и разносторонне взаимодействовали в области исследования осознанных сновидений. Однажды Саттлеру приснился сон, в котором он стоял у подножия огромной башни и смотрел на ее вершину. При этом у него появилось ощущение силы, которая исходила от этой башни и входила в него. Он подумал, что раз он находится во сне, то может переместиться на вершину башни и посмотреть оттуда вниз. Ему удалось сделать это, он заскользил по лучу своего зрения к вершине башни, и при этом одновременно смотрел как сверху, так и снизу, испытывая при этом еще и чувство головокружения. После этого он еще несколько раз пытался получить подобный эффект двойной перспективы, и ему это удавалось, так что он как бы одновременно находился и вверху, и внизу. При этом он одновременно испытывал как ощущение исходящей от башни силы, так и головокружение.

По утверждению Саттлера, он пытался "брутально" выйти из своего тела сновидения, разрезав его ножом на части. Вначале он ощущал чувство боли от ножа в своем теле; но он сказал себе, что это просто ассоциации с болевыми ощущениями, которые он испытывал в бодрствовании. Тогда отрезаемые части тела начали становиться менее твердыми, и чувство боли стало уменьшаться, так что ему удавалось отрезать от собственного тела большие куски. Затем его ядро эго вышло из тела. Я сам тоже систематически разрезал свое тело сновидения подобным образом. Если сделать сильный разрез тела, например, рассечь его пополам, то иногда мое ядро эго оставалось в той части, в которой была голова, но были и такие случаи, когда оно перемещалось в нижнюю часть тела. Иногда же ядро эго вовсе выходило из тела и становилось бестелесной точкой. Если тело рассечь сверху вниз, то иногда при этом и эго разделяется на две части, а каждая из двух половин тела превращается в два полноценные тела.

В то время, когда мы проводили эти эксперименты, нам еще не было известно, что подобное разрывание собственного тела на части играет большую роль в практике шаманов, которых воистину можно считать пионерами в области исследования сознания. Не стоит лишний раз подчеркивать, что, хотя мы пользуемся теми же самыми техниками, что и шаманы, мы не разделяем их мнения о том, что им удается разорвать свое тело на куски на самом деле.

Эго сновидения может своим намерением изменить свой образ и не прибегая к таким "брутальным" приемам, превращаясь, например, в ребенка, в зверя или в мифологическое существо. Такие превращения, вообще говоря, требуют наличия большого опыта, и существуют различные манипуляционные техники, которые помогают его получить. Полезны, например, упражнения в активном воображении (наяву), потому что при этом обычно не возникает больших трудностей, чтобы представить себя в каком либо фантастическом облике. Генрих Керн, который также исследовал вопрос о трансформациях тела сновидения, пишет в своей работе (Kern[1981]), что ему удавалось превратиться в самолет, и при этом он ощущал, как его крылья обдувают потоки воздуха. Наконец, существует возможность слиться со всем космосом в единое целое, растворившись в нем.

Можно привести еще множество описаний подобных переживаний, которые покажутся невероятными тем, кто ни разу не пытался исследовать свой внутренний мир (например, возможно получить переживание четырехмерного пространства). По моему мнению, имеет смысл, по крайней мере для полноты картины, остановиться на интерпретации подобных переживаний в целом. Это позволит тем, кто готов отправиться в путешествие по внутреннему миру, не оказаться в плену различных предрассудков, когда они столкнутся с большим многообразием возможных переживаний, и, что не менее важно, освободиться от внутреннего психологического сопротивления.

2.5. Об интерпретации внетелесных переживаний в состоянии сна.


Прежде всего нужно сказать, что многие и разнообразные описания внетелесных переживаний находятся в полном согласии с критико-реалистической картиной мира, о которой рассказывалось выше. Одна женщина-психолог, например, писала, что она, выйдя из тела, перелетела по воздуху из свой спальни в соседнюю комнату и там ей удалось посмотреть отрывок телепередачи. На следующий день, разговаривая со своими родителями, которые смотрели эту телепередачу, она установила, что их рассказ о содержании передачи совпадает с тем, что она видела (ранее она эту передачу не смотрела). Мы уже объясняли в разделе 1.7, излагая голографическую полевую теорию, что подобные явления ни в какой мере не подтверждают оккультные представления о том, что во время внетелесного опыта астральное тело будто бы выходит из физического. С точки зрения критического реализма, в подобных случаях происходит выход из феноменологического, а не из физического тела. Весь этот процесс происходит в голове физического организма. По представлениям гештальт-теории, все переживаемые на опыте явления тождественны с сознательными процессами в поле мозга. При этом сознательные процессы находятся в очень сложных отношениях обратной связи с другими процессами, которые протекают как внутри, так и вне организма, что и приводит иногда к таким необычным явлениям, как внетелесные переживания, в которых задействованы весьма разнообразные теоретико-системные взаимосвязи различных частей организма.

Все наши результаты говорят в пользу того, что внетелесный опыт в состоянии сна представляет собой не что иное, как особую форму осознанных сновидений. При этом безразлично, происходит ли подобный опыт в результате применения техники прямого входа, или же после применения какой либо техники осознания во время сна. В пользу того, что внетелесный опыт не следует отличать от обычных осознанных сновидений, говорит то, что существует множество промежуточных форм между ВТО и обычными осознанными сновидениями, и кроме того, в определенных границах возможно намеренно переходить от одной из этих форм опыта к другой. В связи с этим разумно рассмотреть другое определение внетелесного опыта, которое отличается от того, которым пользуюсь я.

В то время, как в моем определении принимаются во внимание только непосредственные феноменологические явления, состоящие в том, что эго (которое обладает вторым воспринимаемым телом или же нет) ощущает процесс выхода из феноменологического тела, Лаберж (LaBerge[1985]) требует выполнения еще одного дополнительного критерия, который содержит в себе субъективную интерпретацию этих феноменологических явлений. Он считает внетелесным опытом только такой, при котором сам человек полагает, что его эго, душа, астральное тело или что либо еще в этом роде вышло из физического тела. С точки зрения своего определения, определенное основание для которого состоит в том, что индивидуальная субъективная интерпретация переживаемых явлений в известной степени влияет на сам ход этих явлений, Лаберж рассматривает внетелесный опыт как низкокачественную (minderwertige) форму осознанных сновидений. Хотя определение Лабержа отличается от нашего, он согласен с наши критико-реалистическим представлением о том, что вера в то, будто бы при внетелесном опыте происходит выход из физического тела, является ересью (Irrglaube) ab.gif. Мы же, считая, что определяя различные необычные состояния следует принимать во внимание только непосредственно переживаемые явления, полагаем, что не следует перегружать гносеологические понятия излишними критериями, которые не имеют непосредственного отношения к этим понятиям.

Об ущербности и вреде оккультных представлений, касающихся внетелесного опыта, мы уже достаточно подробно говорили в разделе 2.1. По моему мнению, оккультные учения об астральной проекции наносят крайний вред, поскольку они ограничивают наши возможности в плане исследования нашего внутреннего мира. Мне представляются крайне безответственными утверждения этих учений о том, что человек в своем тонком теле может выходить из физического тела. Если же человек свободен от оккультных и прочих предрассудков, он легко может освоить различные техники выхода из тела и трансформации тела сновидения, о которых мы говорили. Получая практику внетелесного опыта, человек начинает совершенно по новому относиться к своему обычному телу, понимая, что оно имеет первостепенное значение для развития его личности во всей ее полноте и гармонии души и тела.

Свободу действий во внутреннем мире также очень сильно ограничивают различные аффективные влияния, природа которых лежит главном образом в неосознанных конфликтах. Аффективные влияния лишают нас творческой свободы мыслей и действий также и наяву. Поэтому исследования нашего внутреннего мира могут оказать нам важную помощь в деле развития нашего сознания и освобождения от этих влияний, о чем мы расскажем в части 3 ab.gif

Сообщение отредактировал mcquadrat - 28.3.2018, 2:07


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Марселин
сообщение 29.3.2018, 20:20
Сообщение #74


статус-кво
*********

Группа: Пользователи
Сообщений: 2 181
Регистрация: 20.10.2013
Пользователь №: 145 141
Знак Зодиака:
Страна:




ax.gif


--------------------
"Скрывая истинные цели, оформи алиби из Вечных тем"
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 1.4.2018, 2:07
Сообщение #75


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




РАЗВИТИЕ СОЗНАНИЯ КАК ПУТЬ К ТВОРЧЕСКОЙ СВОБОДЕ: ОТ ДРИМЕРА К ВОИНУ.
Поль Толи

ЧАСТЬ 3. ПУТЕШЕСТВИЕ ВО ВНУТРЕННИЙ МИР КАК ПУТЬ К ТВОРЧЕСКОЙ СВОБОДЕ.

3.1. Препятствия, встречающиеся на пути к творческой свободе.


Теоретико-полевая модель, принятая в гештальт-теории, утверждает, что при благоприятных условиях воспитания ребенок может стать гармонически развитой личностью, для которой будет естественной творческая свобода и гармоничное существование в человеческом обществе. При этом важно понимать, почему такая возможность в нашей культурной среде очень редко осуществляется, и мы здесь кратко на этом остановимся. За более подробным изложением этого вопроса мы отсылаем к легко читающейся и одновременно очень глубокой по своему содержанию книге Вольфганга Метцгера "Творческая свобода" ("Schöpferische Freiheit"), изданной в 1962 г.

Метцгер обвиняет нашу систему воспитания прежде всего в том, что она ориентирована не на развитие внутренних способностей личности, а на воспитание в духе выполнения различных обязанностей, и в ней делается сильный упор на применение наказаний. При этом ребенку, котрого принудительно заставляют выполнять различные внешние обязанности, наносится ущерб, поскольку его внутренние потребности остаются неразвитыми. В результате нарушается свободное взаимодействие между различными частями личности, которое очень важно для гармонического развития личности в целом.

Применяя авторитарные методы воспитания, воспитатель больше препятствует удовлетворению определенных основных потребностей ребенка, они "вытесняются" или "отщепляются", как принято говорить в аналитической психологии. В гештальт-психологии при этом говорят об "изоляции" частичных систем личности.

В качестве примера рассмотрим так называемую потребность в агрессии. Согласно представлениям гештальт-теории, она имеет важное и незаменимое значение для взаимодействия с внешним миром, и при правильном воспитании развивается в конструктивное свойство личности, позволяющее человеку разумно и активно действовать во внешнем мире. При подавлении этой потребности она становится изолированной частью личности, вызывая по меньшей мере моральную ущербность, и превращается в деструктивную черту личности, часто неосознаваемую, которая приносит вред как самому человеку, так и его окружающим. Опасность изоляции отдельных частей личности состоит в том, что при их дальнейшем подавлении они начинают поглощать много энергии, что в конце концов приводит к невротическому расколу личности. Чем более сильное давление оказывается на ребенка, тем далее его эго отступает на задний план, пытаясь таким образом защитить себя. Это первоначальное стремление к самозащите приводит к тому, что эго в значительной степени обособляется от целостностной личности. Эта возрастающая обособленность эго и является главным препятствием для проявления творческой свободы в мыслях, представлениях и поступках человека.

В связи с этим следует сделать важное терминологическое замечание. Говоря в данном контексте о "эго", мы понимали под этим определенную частичную систему личности, или, лучше сказать, определенную системную структуру личности, а не феноменологическое эго, от которого его следует отличать, хотя между эго как частью личности и феноменологическим эго и имеется определенная связь. Таким образом, чем сильнее эго обособлено от целостной личности (то есть, чем больше частичных систем личности "отщеплено", или "отколото" от эго), тем легче эго отходит на задний план в повседневной жизни, что является сильным препятствием для проявлений творческой свободы в мыслях, представлениях и действиях человека.

Любопытно, что индийский философ Кришнамурти написал книгу, которая имеет такое же название, как и книга Метцгера - "Творческая свобода" (Krishnamurti[1965]), в которой также говорится об опасности, которая заключается в обособленности эго; при этом едва ли оба эти автора были знакомы друг с другом. Метцгер также ссылается на работу Фритца Кюнкеля, описывая различные методы воспитания, заимствованные из дзен-буддизма. Он говорит в связи с этим (Metzger[1962,стр.185]), что в школе дзен обучение начинается с безжалостной борьбы с обособленностью эго, чтобы создать предпосылки для творческой деятельности.

Для этого есть два пути: "внешний", путь физических упражнений, направленный на совершенствование физических качеств, и "внутренний", направленный непосредственно на совершенствование основной структуры личности. Разновидностями "внешнего" пути являются уже упоминавшиеся "путь воина" (Bushido) и путь боевых искусств (Budo). Заметим, что воины и бойцы, идущие по этим путям, ведут борьбу прежде всего со своим себялюбивым эго. Так, термин Budo можно буквально перевести, как "путь к окончанию борьбы". Внутренний путь японского воина подразумевает упражнения в медитациях определенного вида, которые мало подходят для нашей культурной среды, в то время, как внутренний путь индейского воина ведет, по выражению Кастанеды, к достижению "иной реальности" (Castaneda[1975]). Образ воина, который ведет борьбу с собственным эго, в той или иной форме существует и в других культурах(см. также Wittmann[1984]).

Образ мира, рассматриваемый сквозь призму эгоцентризма, в буддизме называют "майя", считая его чисто иллюзорным и кажущимся, считая, что человек должен проснуться, обретя ясное видение мира (причем мы рассматриваем буддистские представления в духе критического реализма). Переход от эгоцентрического иллюзорного мира, в центре которого находится самовлюбленное эго, к ситуационно-центрированному миру, в центре которого - насущные требования внешнего и внутреннего мира, мы можем назвать третьим коперниканским переворотом. В то время, как первый относился к пересмотру представлений о физическом мире (см. раздел 1.1), второй - к пересмотру гносеологических представлений (см. разделы 1.2 и 1.3), этот третий переворот изменяет структуру личности человека в результате серьезной работы над его собственным отношением к своему опыту и к обстоятельствам, в которых он находится.

Как можно достигнуть ясности сознания в своем внутреннем мире, проснуться во внешнем мире и в результате всего этого обрести творческую свободу личности, будет показано ниже при рассмотрении внутреннего пути воина. Суть этого пути будет изложена в аподиктической и аллегорической форме, поскольку я полагаю, что это наилучший способ изложить необходимые для этого основные понятия, не выходя за допустимые пределы объема текста. Будут приведены в краткой форме некоторые теоретические и эмпирические положения, а также практические советы (более подробно см. Tholey & Utecht[1987]). В нижеследующих примерах я иногда описываю свой собственный опыт, но также полагаюсь и на информацию, полученную от тех лиц, которым удалось гораздо дальше продвинуться к описываемому идеалу воина, чем мне самому.

3.2. Первые шаги во внутреннем мире: примирение с враждебными спрайтами.


Путь воина во внутренний мир - это не прогулка, на которую человека ведет за ручку какой нибудь психотерапевт. Это его собственный путь, который он должен пройти без всякой посторонней помощи, такой, как лекарства. Он может опираться только на собственную решимость и терпение.

Воина не должны волновать всякие басни оккультистов. Он не испугается оборвать при выходе из тела серебряный шнур, который стесняет его движения, и отправится в глубь своего внутреннего мира. Он не побоится также посмотреть на себя в зеркало, находясь в сновидении, поскольку он знает, что та маска, которую он там увидит, поможет ему сбросить ту маску, которую он носит наяву. Он не побоится войти в тело тех спрайтов, которые ему повстречаются, чтобы их глазами посмотреть на самого себя (см. отчет о сновидении 16-летней девушки в разделе 2.4). Его не испугает встреча с "собаками вселенной", которые, по выражению Рудольфа Штайнера, стремятся напасть на его душу. Он не станет реагировать на их нападения, поскольку он знает, что они на самом деле не что иное, как "собаки его бессознательного", которые откололись от его эго и стали враждебными ему. Он сольется с ними или лишит их той силы, которой они обладают. Чтобы пояснить эту мысль, я приведу здесь один пример моего собственного осознанного сновидения. Это тот пример, о котором упоминалось выше, и в котором эго сновидения сливается в единое целое с другим спрайтом.

"...За мной гонится тигр, и мне страшно. Внезапно до меня доходит, что в нашей местности тигры не водятся. Я тут же соображаю, что я, должно быть, нахожусь во сне, и начинаю бежать уже не так быстро. Еще через мгновение я думаю, что убегать вообще не нужно, потому что, раз мы во сне, этот тигр ничего со мной не сделает. Потом я соображаю, что бы тут сделать. С одной стороны, мне хочется просто взлететь, с другой - хочется поговорить с этим тигром. Наконец, я даю ему подойти ко мне и спрашиваю его: "ты кто?" Тигр выглядит смущенным и превращается в моего покойного отца. Я спрашиваю его, что ему нужно, и он, угрожающе жестикулируя, делает мне разные упреки. Я думаю, что некоторые из его упреков необоснованы, с другими же соглашаюсь, и прихожу к выводу, что мне следует кое что поменять в своей жизни. Мой отец сразу становится дружелюбным, и мы пожимаем с ним руки в знак примирения. Я спрашиваю его, не может ли он мне помочь. Но он говорит мне, что я сам должен пройти свой путь. После этого он принимает мой собственный облик и сливается со мной. Я чувствую себя несколько растерянным и тут же просыпаюсь."

В дополнение к этому примеру я хочу сказать, что мне неоднократно приходилось видеть образ своего отца в кошмарных снах, я пытался драться с ним, и вот один раз мне удалось превратить его в мумию. Я был настолько ослеплен агрессивностью, что ощутил при этом чувство триумфа, которое, правда, продолжалось очень недолго. Я оказался в положении незадачливого героя сказки, который отрубил голову дракону, но по своему легкомыслию не знал, что у дракона может вырасти новая голова, и что дракон может наслать на него мстителя, который нападет на него сзади. Воин же, напротив, должен лишить дракона его силы, примирившись с ним.

Есть еще несколько причин для того, чтобы отказаться от агрессивного поведения во внутреннем мире. Образы мертвых во сне могут персонифицировать разнообразные сильные страхи, которые нас преследуют и наяву. Кроме того, по этическим соображениям не следует причинять какой либо вред спрайтам без особых оснований, поскольку не исключено, что они обладают своим собственным сознанием и могут ощущать чувство боли, хотя эти спрайты и являются порождением того же самого мозга, что и эго сновидения.

Вышеописанный сон является типичным выражением авторитарного конфликта, результатом которого было подавление потребности в агрессии, корни которой лежат во внутренней необходимости, как мы объяснили выше. Результатом этого сна явились положительные изменения в моей жизни, как в сновидениях, так и наяву. Мой отец перестал являться мне в ночных кошмарах. Я избавился от своего беспочвенного страха перед авторитетами и открыл у себя способность смело спорить с ними, невзирая на угрозы и риск наказания. Одновременно выросла моя готовность обуздать те эгоистичные стремления, в которых меня обвинял отец в этом сновидении, и у меня появились силы и желание заняться этим. Сторонники психоаналитической теории сказали бы, что я увеличил энергию своего эго; в гештальт-психологии же считается, что смелость - это качество целостной личности, которая является прямым результатом ослабления себялюбивого эго. Эго склонно к проявлениям безрассудства, а не смелости.

Я привел этот пример прежде всего для того, чтобы показать, что в начале пути во внутренний мир человеку часто являются угрожающие спрайты, принимающие образ родственников, например, отца и матери, и ему следует найти примирение с ними. После примирения со спрайтом, который вначале проявлял враждебность, не всегда происходит такое слияние с ним, как в рассмотренном примере; иногда этот спрайт становится чем то навроде проводника по внутреннему миру, который будет сопровождать дримера до тех пор, пока тот не почувствует себя настолько сильным, чтобы продвигаться по своему пути самостоятельно.

В заключение нужно сказать, что спрайтам имеет смысл задавать не только вопрос "кто ты?", но и вопрос "кто я?", поскольку эго сновидения представляет собой только определенную часть личности. Вопрос "кто я?" представляет собой, кстати, основной вопрос дзен-буддизма; отвечая на него, человек устанавливает глубокое единство своего эго с Небытием.

3.3. Намеренный поиск враждебных спрайтов и опасных ситуаций с целью преодоления сопротивления.


Примиряясь с "собаками бессознательного", воин приобретает силу и мужество, необходимые ему для того, чтобы намеренно разыскивать других "чудовищ", которые скрываются в своих норах; он отправляется во мрак подземного мира и в прошлое, чтобы отыскать их, шаг за шагом продвигаясь по своему пути. Странствуя по внутреннему миру, он со светлого луга уходит в темный лес, с поверхности земли спускается в глубокие пещеры, или из того дома, в котором живет, отправляется туда, где он родился. Каждый очередной шаг, принося встречу с темными силами, с призраками подземного мира или с тенями прошлого, в то же время открывает ему дорогу в светлые места, в высший мир и в будущее, где он может отдохнуть и набраться сил для того, чтобы вновь отправиться в опасные места и одержать новые победы.

При этом воину приходится преодолевать множество препятствий. Не ограничиваясь теми препятствиями, которые возникают на его пути к истине, он сам ищет себе всевозможные трудности. У воина есть внуренняя готовность посмотреть правде в глаза, даже если она принимает очень пугающий облик, и никакие препятствия не удерживают его от путешествия по внутреннему миру. Приведем один поясняющий пример:

"...Выйдя из тела в доме своих родителей, я прохожу сквозь стену и направляюсь в одну комнату, в которой, как я знаю по опыту своих прошлых осознанных сновидений, можно встретиться с нечистой силой. Когда я открываю дверь этой комнаты, дорогу мне внезапно преграждает рука скелета; исполненный решимости продолжать путь, я ударом разбиваю ее на две части. Вслед за этим я просыпаюсь. Но я догадываюсь, что это так называемое "ложное пробуждение" (см. раздел 2.3.5), которое подстроено, чтобы лишить меня осознанности. Я встаю, еще раз отправляюсь в опасную комнату, но оттуда выходят четыре накачанных человека, которые не дают мне пройти. Я смеюсь и говорю: "Что это вы тут делаете?" Их агрессивность уменьшается, и мы вместе с ними выходим через другую дверь, ведущую на балкон, с которого я обычно отправляюсь в полет в своих снах. Я вместе с этими четырьмя парнями спрыгиваю с балкона, и говорю им: "если бы вы наезжали на меня пожестче, то разбились бы сейчас о камни". Их агрессивность вовсе пропадает, и они исчезают. Я ощущаю легкость в своем теле и возвращаюсь в спальню. Там я делаю свое тело более твердым и опять иду в опасную комнату. Но когда я подхожу к ней, невидимая сила отбрасывает меня назад. Я падаю на пол, ползу по направлению к комнате, и со всей силы толкаю дверь, чтобы открыть ее. Мне совершенно ясно, что я встречусь сейчас с очень враждебной силой, раз у меня на пути было столько серьезных препятствий. Предчувствия меня не обманули: то, что я вижу, поражает меня; но впоследствии этот опыт привел меня к пониманию некоторых важных вещей."

Этот пример ясно показывает, что с накоплением опыта человек перестает бояться всяческих пугающих призраков, которые встречаются ему в сновидениях. Он начинает замечать не только их силу, но и уловки, к которым они прибегают, и которые можно обратить себе на пользу. О разнообразных хитростях и уловках, на которые способны спрайты, можно прочитать в моей новой работе (Tholey[1989]). Можно только удивляться, насколько большим потенциалом обладает наша личность, "порождением" которой являются эти спрайты, причем этим потенциалом нельзя воспользоваться, если не приложить усилий для того, чтобы интегрировать их в состав своей целостной личности.

3.4. Встреча с марионетками.

По мере того, как воин продвигается по своему пути, он встречается в сновидениях с различными персонификациями свойств собственной личности, которые принимают образы других людей. Сновиденный мир становится для него своего рода театром абсурда, по сцене которого ходят обряженые в маски марионетки, которые на самом деле являются отражениями его собственной личности, и которые пляшут под ее дудку. Марионеточная природа спрайтов и их тенденция к тому, чтобы носить маски, издавна отмечалась во многих эзотерических учениях. Внутренний мир на первый взгляд очень напоминает мир внешний. Приведу здесь по этому поводу один короткий отрывок из описания моего собственного опыта:
"
Выйдя из тела, я делаю свое тело сновидения достаточно плотным и отправляюсь на прогулку по улице своего родного города, намереваясь спросить тех людей, которые мне попадутся, кто они такие, и кто такой я сам. Я выхожу на большую площадь, на которой много людей, как знакомых мне, так и незнакомых. Все они кажутся мне какими то безжизненными, похожими на тени и мне кажется, что все они носят маски. Более всего меня поражает, что даже хорошо знакомые мне люди выглядят, как манекены. Я решаю, что нет смысла общаться с этими марионетками. Я думаю, что лучше обратиться напрямую к режиссеру этого сновиденного спектакля, который выставил здесь эти тенеобразные фигуры. Я поднимаю голову вверх и кричу: "кто ты, устроивший весь этот спектакль?" Услышав мой крик, все спрайты неподвижно застывают, уставившись на меня своими маскообразными лицами, как если бы я сделал что нибудь кощунственное. Я продолжаю орать: "Выходи сюда, покажись мне!" В тот же миг какая то страшная сила сшибла меня с ног, и я упал на спину; эта сила сдавила мне грудь, мне стало не хватать воздуха и я начал задыхаться. Мне стало ясно, что это я сам задержал свое дыхание, лишив себя жизненности, в результате чего я сам оказался таким же, как эти марионетки. В тот же момент эта сила исчезла, и я проснулся."

Человек обладает поразительной способностью прятать свое истинное лицо под маской ("персоной", как называл это К.Г. Юнг) от себя самого и от своих близких, однако у человека, который носит такую маску, часто развивается чувство бессмысленности и одиночества, что в итоге может привести к тяжелому кризису. Поэтому нам представляется, что, по крайней мере в нашей культурной среде, избавление от такой маски является необходимой предпосылкой для прогресса в личной жизни.

3.5. Встреча со смертью.

В тяжелых кризисных ситуациях воин иногда может встретиться во внутреннем мире со своей смертью, которая, однако, не обязательно символизирует тенденции человека к самоуничтожению; напротив, она может внушить человеку надежду на то, что он может изменить свою жизнь, превратившись из марионетки в творческую личность. Я сам однажды, находясь в трудной ситуации, видел во сне смерть, имевшую вид огромного здания, за воротами которого открывался путь на золотую гору, которая излучала яркий свет. Я увидел в этом символическое указание на то, что мне нужно преодолеть тот кризис, в котором я нахожусь, что позволит мне обрести истинную полноту жизни. Смерть часто принимает во внутреннем мире персонифицированную форму, а индейский воин и маг дон Хуан называл ее наимудрейшим советником (см. Castaneda[1976]).

Здесь уместно, прежде чем продолжать описание пути воина, дать краткий обзор символизма внутреннего мира.

3.6. Экскурс: о символизме внутреннего мира.


Не все, с чем мы встречаемся во внутреннем мире, несет в себе символическое содержание. Однако воин должен научиться распознавать символы, чтобы они приносили ему информацию о нем и о ситуации, в которой он находится; поэтому он учится понимать эти символы и правильно обращаться с ними. Наиболее значительно символизм проявляется в динамике взаимодействия со спрайтами. Их внешний облик, поведение, высказывания и, прежде всего, их превращения позволяют лучше понять то, что именно они символизируют. Воин не находится в плену своих собственных эмоций, поэтому он, например, встретившись со спрайтом угрожающего вида, вместо того, чтобы поддаваться страху, попытается определить символическое значение этого образа. Однако значения символов определяются не по словарям и справочникам; нужно сознательно, на собственном опыте учиться разговаривать на символическом языке. Здесь все обстоит так, как при изучении иностранного языка: недостаточно просто выучить наизусть словарь, в котором приведены слова без всякой взаимосвязи; лучше всего самому отправиться в страну, где разговаривают на этом языке. Совершенно аналогично, недостаточно знать значения отдельных символов; необходимо также учитывать и понимать внутреннюю и внешнюю ситуацию, в которой они появляются.

Нужно заметить в связи с этим, что в гештальт-теории допускается и каузальная (как по Фрейду), и финальная (как по Адлеру) интерпретация символов, но если в них можно усмотреть некие послания, которые можно практически использовать при планировании будущего, эти послания считаются более важными, чем каузальная интерпретация. В случае, о котором я рассказал выше, я действительно почувствовал, что образ Смерти, указывающей путь к свету, нужно понимать, как такое послание. Как я узнал впоследствии, этот символ каузально интерпретируется, как сигнал о начале какого либо нового этапа в жизни (ср. Grof[1985]), а в эзотерике он считается символом возрождения души или вестником перемены к лучшему.

Утверждение о том, что символы могут указывать на события в будущем, не следует неверно понимать в том смысле, что они являются пророчествами - они выражают в образной форме целенаправленные тенденции личности, которые можно использовать для самооздоровления и саморазвития. Эти тенденции иногда бывают связаны и со внешними событиями, но сильнее всего они проявляются во внутреннем мире. Тем не менее, символы часто указывают на цели, которые человек стремится реализовать во внешнем мире.

Отметим сходство нашего подхода с теорией символов К.Г. Юнга, который, не отрицая каузальную определенность символов, утверждал, что главная их функция - "проспективная", то есть функция предвидения. Однако с другой стороны, с точки зрения гештальт-теоретии, Юнг слишком односторонне рассматривал символы, как архетипические образы, происхождение которых связано со врожденными структурами психики. С. Крайткер в своем подробном экспериментально-психологическом исследовании "Создание и интерпретация символов" (Kreitker[1965]) показала, что символы, вообще говоря, возникают в ходе развития человечества, а не только представляют собой врожденные или платоновы структуры, унаследованные от предков. Бросающееся в глаза сходство символов, которые появляются в разичных культурах, с гештальт-теоретической точки зрения обусловлено сходством ситуаций, в которых развиваются эти культуры. Это приводит к возникновению сходных образов - как пример, можно привести мандалические фигуры - которые часто являются точными и сложными образами, обладающими большой динамикой и выразительной силой. Эти образы часто возникают, как противоречивые частичные образы, противоречивость которых, однако, может быть "разрешена", что приводит к появлению гармонического целостного образа, причем слово "разрешать" (aufheben) тут следует понимать в тройственном гегелевском смысле: отрицать, оберегать и возвышать (negieren, bewahren und erhöhen). Что интересно, не только разрешение жизненных проблем и конфликтов, но также и решение различных интеллектуальных задач часто связано с "разрешением" некоторого кажущегося противоречия. Вернемся опять к примеру образа Смерти, в котором следовало разрешить противоречие между жизнью и смертью, между светом и тьмой. В качестве другого примера можно привести разрешение кажущегося противоречия, которое произошло в ходе моего ключевого опыта, приведшего меня к пересмотру моих гносеологических представлений.

3.7. Возрождение воина.


Когда воин в кризисной ситуации противостоит саморазрушительным тенденциям, которые возникают по вине эго, то это самое эго постепенно умирает, но при этом происходит возрождение воина, как исполненного жизненной энергией человека. Его восприятие, мышление и действия становятся более ясными, свободными и активными. Он приходит к осознанию того, что другие люди являются не марионетками, а тоже несут в себе ростки разума, развитию которых он может помочь. В осознанных сновидениях он время от времени испытывает космические переживания, которые часто связаны с различными возвышенными и религиозными чувствами, например с ощущением единства всех частей вселенной. Если осознанные сновидения можно рассматривать, как некую высшую форму обычных снов, то космические переживания можно рассматривать, как высшую форму осознанных сновидений. В то же время космические переживания можно рассматривать, как проявления личности в высшем смысле этого слова, как свидетельство развития творческой свободы. По моему мнению, наикратчайшим путем для преодоления кризисных психологических ситуаций, по крайней мере, в нашей культурной среде, является освобождение от эгоцентризма.

Ван Эрсель в своей книге "Черный источник" (Van Eersel[1986]) пишет по этому поводу, что после смерти появляется ясный луч жизни, говоря, что воин должен пройти через эти черные источники смерти, чтобы обрести источник света в своем внутреннем мире. В связи с этим можно еще вспомнить о такой теме, как фактическое перерождение, или реинкарнация. Как говорит индийский философ Кришнамурти: "что же, собственно, реинкарнируется? Совокупность мертвых воспоминаний, которыми мы обладали? Если не остается ничего, что могло бы реинкарнировать, то как вообще возможна реинкарнация?" Другой же мыслитель, тибетский Далай Лама, утверждает, что реинкарнируется, личность, самость человека, его "я" (Kakuschka[1984,стр.60]).

Однако воин не идет по пути мудрецов, которые обсуждают свои мертвые вопросы. Он идет по пути жизни, и заботит его лишь то, что нужно для того, чтобы жить сегодня и завтра.

3.8. Тайное общество воинов.


Обретя внутреннюю свободу, воин еще не достигает свободы в полном смысле этого слова. Для полной свободы ему еще необходимо общение с другими свободными людьми. Когда воин осознает, что свободе общества наносит вред эгоизм его членов, он старается помочь другим людям также обрести внутреннюю свободу, что поможет ему самому получить свободу внешнюю. Поэтому воин пытается достичь полной свободы, способствуя внутреннему развитию сознания своих близких, а не путем совершения революции в обществе внешне и внутренне несвободных людей, потому что в результате революции может произойти лишь увеличение несвободы, с какой бы целью она не совершалась.

Воин не следует также по пути монашеского уединения, он одновременно живет во внешнем и во внутреннем мире, и стремится указать своим близким путь ко внутренней свободе, понимая, однако, что каждый должен пройти этот путь сам. Но когда достаточно много людей пройдут этот путь, возникает тайное сообщество воинов, которые, хотя внешне не зависят друг от друга, связаны между собой внутренне, обладая единым духом свободы.

Подобно тому, как преодолев индивидуальный кризис, приходит к внутренней свободе, если сумеет справиться со своими саморазрушительными тенденциями, так и наше современное общество сможет преодолеть тот коллективный кризис, в котором оно находится, одержав победу над мешающими ему разрушительными силами.

По моему мнению, хотя наше время и характеризуется кризисом современного общества, воины не нуждаются в тайных сборищах и прочей конспирации; занятия осознанными сновидениями гораздо эффективнее, чем все лживые идеологии и оружие, на которое пытается опереться идеологически приукрашенный обман.



--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
mcquadrat
сообщение 1.4.2018, 22:49
Сообщение #76


mc2
********

Группа: Пользователи
Сообщений: 1 747
Регистрация: 26.11.2013
Пользователь №: 146 539
Знак Зодиака:
Страна:




Вчера я закончил перевод всех статей Поля Толи, которые мне удалось найти. К моему великому сожалению, больше ничего существенного обнаружить не удалось.

http://fayloobmennik.cloud/7236048

Здесь я для удобства собрал все сделанные переводы в одном архиве.
Если кому нибудь удастся найти еще какую либо его статью, я с готовностью займусь переводом.

Пока же я приступаю к переводу книги, как было обещано ab.gif


--------------------
Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem Veram Medicinam
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

4 страниц V  « < 2 3 4
Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 

Текстовая версия Сейчас: 22.5.2018, 2:40